не так давно умер Анатолий Крупнов, дразнивший чертей в «Черном обелиске», да и сам Андрей И уверял, что лежал в больнице с простреленной ногой (одновременно в криминальной хронике «МК» появилось сообщение, что некто, обороняясь в своей машине от грабителей по неопытности прострелил себе ногу). Александр Хван, которого я как-то фотографировал на крыше студии им. Горького, очень боится высоты, и смерть, которую ему придумали в фильме была именно такова — сорваться вниз.

Может быть художники получили какой-то ответ на свои вопросы, получили «коммуникацию». Может быть совсем и не для зрителей этот фильм, а для кого-то другого? Может быть нам показали просто длинный эзотерический ритуал по вызову духов подземелья? Наверное, Андрею И польстила бы такая трактовка. Как любой постмодернист, он наверняка любит мистику и доморощенную гносеологию. Но каждый сам себе придумывает правила, по которым живет и творит, и нет никаких сомнений, что бесы охотно идут на контакт, особенно, когда речь идет о подземном мире метрополитена.