отношению к церкви и папской власти, делая акцент на бремени, возложенном на империю тем фактом, что ее главу всегда нужно было избирать из ненавидимых и недисциплинированных немцев. По его словам, Пьер Дюбуа был прав, когда советовал папе лишить выборщиков их права избирать и сделать французского короля императором. Король Неаполя идет еще дальше: так как есть закон, что все изменяется, то с началом новой эры imperium должна быть вытеснена независимым национальным государством. За этим представителем Анжуйской династии стояли иоахимитские круги в Неаполе, приписавшие его королевству спасительную роль, которая принесет «новую эпоху» путем реформирования церкви и взятия на себя функций, которых лишилась Священная империя.

Многие гибеллины и даже Данте, умеренный гвельф, ожидали от Генриха VII, что он уладит ряд крупных споров. Внезапная смерть Генриха недалеко от Сиены 24 августа 1313 г. стала страшным ударом для сторонников империи в Италии и Германии. Последствия этого удара можно почувствовать в шедевре Данте.

Более ранние авторы - монахи, летописцы, епископы, политические публицисты, minnesdnger и трубадуры - в какой-то степени зафиксировали для нас ту дрожь, которую ощутили их современники, когда стали свидетелями борьбы церкви с империей, борьбы между папой и императором. Но лишь в поистине катастрофической ситуации примерно в 1300 г., когда граница между апокалиптической надеждой и апокалиптическим ужасом сильно истончилась и зачастую была размыта, эти два человека нашли слова, способные передать это потрясение нашим с вами современникам: Данте, великий поэт католических Средних веков, и Май-стер Экхарт, величайший мистик. У них обоих мысль вращается вокруг Священной империи, и их обоих невозможно представить в отсутствие той катастрофы, которая ударила по sacerdotium и regnum с равной силой, даже если и не всегда в одно и то же время.

Многие элементы соединились, чтобы породить сильную тоску и боль, которые мы находим у Данте (который во многом был таким же UmigrU, что и многие другие fuorisciti; некоторые из них - наши современники, чей горький опыт внутренней и внешней ссылки сформировал отчасти великую итальянскую литературу): францисканский спиритуализм, подкрепленный иоахимитской надеждой; образование, обогащенное арабо-еврейской культурой, которое было естественным для образованного светского итальянца; парижская аристотелевская схоластика; эротический мистицизм, изначально возникший в альбигойском Провансе; и антикуриализм (не путать с антиклерикализмом, хотя они многим связаны), корни которого были и политическими, и духовными и который был наполнен духом местного патриотизма.

Одной большой целью антикуриализма Данте было то, что он сам называет «волчицей» папской алчности. Однако в нескольких случаях обвиняются отдельные папы. Климент VI обрекается на адовы муки за то, что поддался соблазнам западной и адской похоти ради власти, воплощенной в короле Франции, что покинул Священный Рим, чтобы прилепиться к французам, за свое предательство благородного Генриха: папа должен нести ответственность за предательство, войну и острые противоречия, которые неизбежно проистекали из этого внушенного дьяволом неприятия законного правителя. Бонифаций VIII предан в ад как «черный зверь» и «князь фарисеев». Преступление этого папы было, без сомнения, тем более гнусным, что он планировал основать в Тоскане королевство для своей семьи и сделать Флоренцию - любимый и ненавидимый родной город Данте - его столицей. Данте изгоняет в ад даже несчастного Целестина V, пришедшего на место Бонифация VIII: его отречение от престола сделало Целестина трусливым предателем Священной империи, так как истинный папа должен объединиться с истинным императором и вместе с ним сторожить двойные пути, лежащие перед каждым человеком в его путешествии к его двояким целям - спасению на земле и спасению на Небесах.

В своем письме, адресованном Генриху, Данте приветствует его в экстатических выражениях как грядущего императора, несущего мир. De Monarchia - трактат, в котором Данте изложил свою программу, веками оставался в списке запрещенных книг. Запрет был снят лишь в 1921 г., когда миролюбивый Бенедикт XV (этого папу западная Антанта часто обвиняет в демонстративной несправедливости к Центральным державам) издал свою энциклику, посвященную Данте. После исчезновения со сцены последнего наследника Священной Римской империи взглядам Данте на империю наконец стало безопасно иметь хождение.

Тема трактата «Монархия» Данте состоит в том, что западная imperium ничем не обязана никакому законному титулу, который может даровать папа римский. Imperium происходит непосредственно от Бога. Ее цвет и спасительный знак - красный, цвет императоров и королей, цвет радости и Святого Духа. Romanum imperium de fonte nasciturpietatis: Римская империя имеет своим источником божественное провидение и божественное сострадание, которое использует империю с целью воспитать людей in civitas, сделать их цивилизованными в политической, религиозной и общественной жизни. Как curator orbis - страж спасения мира и его законов, как правитель, принуждающий людей к добру, «как заместитель мирового правительства, функции которого, однажды очистившись, церковь возьмет на себя» (Фриц Керн), император имеет задачу вести людей вверх в духовное царство гуманизма, в котором добрых язычников и христиан объединяют дух, культура, государство и любовь. Это новое сообщество святых, сообщество людей, цивилизованных по духу, цивилизованных империей, в которой избранные и добрые - одновременно «римляне», «христиане», «францисканцы», «итальянцы», жители прославленной империи и прихожане прославленной церкви.

Иоанн Цюрихский - посланник, отправленный Альбертом I к Бонифацию VIII, принизил имперского орла, заговорив о его подчинении кардиналам и высокой ослепляющей власти папы. Данте видит имперского орла в «Рае» сидящим, как нектарница, на Дереве мира, которое есть Древо познания. Из этого дерева был сделан крест, который стал осями победной колесницы церкви и заставил дерево цвести. Но так как орел откладывает в колесницу перья зла и алчности и помещает более мелких хищных птиц (символизирующих западных королей и жадную знать), церковь превратилась в чудовище. Константинов дар сделал церковь вавилонской блудницей. Эта плотская и вырождающаяся церковь могла и будет освобождена от себя самой ангелом апостольской бедности в лице папы и законным императором - тираном Италии. Все справедливые императоры -святые. Данте видит имперского орла не только в Рае (Земном Рае), но и на Небесах. На Небесах воспетые души объединяются и образуют орла -первоначального золотого имперского орла, который затем преобразуется в орла Иоанна Богослова в священном огне, в сообщество искупленных душ. Другой итальянский поклонник Генриха VII приветствует его как вселенского императора, в котором существует гармония планет, звезд и стихий.

Non aspettar mio dir р1щ, пи mio cenno; Libero, dritto e sano и tuo arbitrio.

E fallo fora no fare a suo senno: Perch’ io te sopra te corono e mitrio. Purg., XXVII, 139-142

Больше не жди

От меня предупреждения или знака,

Ты свободен от своего собственного решения выбирать, Осторожного, рассудительного. Не доверять