ран и не сходятся и даже кровь меньше не течёт. Ваша девочка чувствует правильное направление в том, что ей ближе всего и с раннего детства знакомо.

   - Отдать в учение мы её не сможем, - после почти минутного размышления с сожалением вздохнула сестра Лилея. - Да и сюда вряд ли кто из толковых наставников сможет и захочет надолго переселиться. Но мы попытаемся.

   - Попытайтесь, - согласно кивнула Морла. – И еще не забывайте о книгах – на свете существует довольно много учебников.

   - Да разве же так можно! – всплеснула руками сестра Лилея.

   - Учиться по книгам? Конечно! Для чего же еще по-вашему они существуют?

   - Нет, но без опытного наставника… Магия – штука опасная.

   - Некромантия, пожалуй, поопасней предсказательства будет, а наставника, ни толкового ни вообще хоть какого мене в своё время найти так и не сумели. И ничего, выучилась.

   - Да уж, тут и не поспоришь. Ладно, займусь я поисками хороших книг, уҗе, пожалуй, знаю, к кому за советом обратиться. А на свою завтрашнюю прогулку вы её всё-таки берите: и Кроху выгуляете и вам то не без пользы будет.

   - Обязательно, - решительно кивнула Морла и поднялась на гудящие от усталости ноги.

   Добраться не то что до своей комнаты, но даже до лестницы, ведущей на второй этаж, ей не довелось. Откуда-то, непонятно откуда, вывернулась Вика, цепко ухватила её за руку и решительно сказала:

   - Пойдём.

   - Куда? – спросила Морла, уже поддаваясь давлению и начиная следовать за маленькой предсказательницей.

   - В моё место, - кратко и так же решительно ответила Вика и помахала в воздухе тапoчками взрослого размера. - Ты устала,тебе нужен настоящий отдых, а у меня есть вопросы.

   - Подслушивала, - спустя секунду размышления сделала совершенно верный вывод Морла. Девочка и не пoдумала отрицать:

   - Я всегда заранее знаю, когда будут вестись важные для меня разговоры.

   - И я так понимаю, тайного для тебя в этой обители существует не так уж много.

   Девочка небрежно дёрнула плечом, мол, так оно и есть.

   - Ты имей ввиду, со мной можно разговаривать на любые темы, – предложила Морла. Ей действительно былo не впервой выслушивать чужие истории жизни, правда, обычно, сама на исповедь не напрашивалась, ей и без спроса норовили вывалить всё, что на душе накипело.

   - Я не уверена, что хочу. И не хочу оставаться одна, и не хочу показываться на глаза сёстрам, чтобы не начали спрашивать, что случилось, да что меня расстроило.

   Морле понадобилось что-то около минуты, для того, чтобы мысленно перебрать свой разговор с сестрой-настоятельницей, чтобы понять, что могло так расстроить девочку. Ну не возможное же грядущее обучение, в самом-то деле!

   - Мать, - предположила она. – Та женщина, которая тебя сюда отдaла и с тех пор знать не желает?

   Вика нахмурилась и плотнее сжала губы.

   - Понятно. Ну что поделать, люди боятся всего «не такого», от меня в своё время тоже избавились, подкинув под двери храмового приюта. О тебе хоть как-то позаботились, а я, например, даже не знала, на кого обижаться. Кто я? Откуда мои предки?

   - И чем ты настолько плоха, что тебя бросили? - Викка подняла голову и вопросительно заглянула ей в глаза.

   Вопрос поднимал к поверхности памяти не самые светлые её воспоминания, но промолчать или хотя бы смягчить их, Морла уже не могла.

   - О! Вот с этим проблем не было. Я росла не в крошечной обители, а при большом монастыре и там находилось немало людей, чтобы рассказать мне кто я такая и где мне на самом деле место. Впрочем, были и иные, которые заступались и объясняли, прежде всего мне самой, чем я не похожа на остальных, почему меня побаиваются, нo и завидуют тоже.

   - Завидуют?

   - А как же! Многие, которым боги не дали никакого особенного таланта, а также ни умом, ни добротой не одарили, очень даже не отказались бы от таких, пусть и страшноватеньних способностей. Особенно таких страшноватеньких.

   - Мне никогда ничего такого не говорили, – она упрямо качнула головой.

   - Α тебя здесь любят и стараются не расстраивать, а ты подслушиваешь под дверями и расстраиваешься совершенно самостоятельно. Впрочем, кое в чём ты права, всегда лучше знать, чем не знать.

   - Ты как-то так просто об этом говоришь, словно бы то, что и меня, и тебя бросили, совершенно не имеет значения.

   - Имеет, – Морла отчётливо кивнула. Они зашли в пoлутёмную часть пути, где не было естественных источников освещения и, если какой-то жест имеет значение, его стоило делать заметным. – Но я немножечко старше тебя, имела возможность побродить по свету и убедиться, что моя судьба сложилась не самым худшим образом. Да вот хотя бы…

   И она принялась за рассказ о самом последнем и потому памятном случае, о том, как подобрала совсем маленькую девочку, которую отдали для принесения в жертву. Под размеренное повествование о чужих бедах, закончившихся, в общем вполне благополучно, собственная судьба начинала казаться не такой уж горькой и достойной сожаления.

   Α потом они вдвоём бродили по колено в воде мёртвого озера, подкармливали рыб, зачерпывая горстью из сумки, которая была у Викки с собой – она как раз для этого сюда и направлялась, когда внезапно услышала обрывок очень интересного для себя разговора – отпихивали самых наглых из них, которые вместо корма начинали прихватывать за голые ноги. Медитативнейшее занятие, очень способствующее восстановлению душевного равновесия. Ну и отдохнула она, очень даже неплохо, так, словно бы не измеряла пол дня окрестности собственными ногами.

ГЛАВА 5.

На следующий день обследование подземных течений пошло намного живее. Разумеется, благодаря тому, что рядом с двумя скучными, занятыми своей проблемой взрослыми была маленькая непоседливая девочка, которой не так уж часто удаётся порассматривать вблизи мир за стенами обители. Поначалу они с целителем пыталиcь следовать тому, куда её тянет, пока он не признался, что не видит никакой закономерности между тем, куда норовит свернуть девочка и тем, что он вроде бы чувствует сам.

   - Зато её вроде бы вижу я, – хмыкнула Морла. – Вон там витрина с островными стекляшками, а вот коробейник