мы предполагаем, что на самом деле возможно построить сферы Дайсона, двигатели Шкадова или антиматериальные ракеты; но хотя мы можем представить такие технологии, мы, безусловно, не могли бы их разработать. Если цивилизация на миллион лет старше нас, она будет обладать пониманием науки и техники, которое кажется почти волшебным — таково предположение, которое мы склонны делать. Но что если земная наука, скажем, 2020 года — это лучшее, что может быть? Что если наш нынешний уровень научного понимания настолько глубок, насколько это возможно?

Рассмотрим мир очень малого. В течение нескольких десятилетий физики разработали так называемую стандартную модель физики элементарных частиц. Модель говорит нам, что вся материя состоит из ограниченного числа частиц (три пары кварков; три пары лептонов), взаимодействующих через ограниченное число сил (электромагнитная, слабая и сильная). В 2012 году физики, работающие на Большом адронном коллайдере, открыли последний элемент стандартной модели,[257] бозон Хиггса. Стандартная модель ошеломляюще успешна; она согласуется с результатами каждого субатомного эксперимента, когда-либо проведенного. Но модель не полна. Она не включает гравитацию; она применима только примерно к 4% массово-энергетического содержания вселенной, поскольку не включает темную материю или темную энергию; и она содержит 19 параметров, значения которых не объяснены и должны быть вставлены «вручную». Физики отчаянно хотят найти доказательства физики за пределами стандартной модели, но пока никаких трещин не появилось: стандартная модель остается прочной, хотя мы знаем, что где-то она должна нарушиться.

Или рассмотрим мир очень большого. В течение нескольких десятилетий космологи разработали так называемую стандартную модель космологии. Возьмите общую теорию относительности, которая, возможно, является самой красивой теорией во всей физике, добавьте всего шесть параметров (это числа, такие как плотности «нормальной» материи, темной материи и темной энергии), и вы получите модель, согласующуюся со всеми когда-либо сделанными космологическими наблюдениями. Похоже, мы живем во вселенной, которая пережила период космической инфляции, а затем расширилась в результате Большого взрыва около 13,8 миллиарда лет назад; гравитационное притяжение материи и темной материи сначала замедляло расширение, но в конечном итоге эффекты темной энергии начали вызывать ускорение расширения. Стандартная модель космологии — это потрясающее достижение: совершенно удивительно, что мы можем проводить точные измерения крупномасштабной структуры вселенной и разрабатывать модель для их объяснения. Но модель не полна. Мы мало знаем о природе темной материи; темная энергия — полная загадка; и основополагающая теория, общая теория относительности, не может быть всей историей, потому что она не является квантовой теорией (а если в чем-то мы можем быть уверены, так это в том, что вселенная фундаментально квантовая по своей природе). Физики отчаянно хотят примирить гравитацию с квантовой теорией, и они очень хотят понять происхождение темной энергии, но нет единого мнения о том, как это сделать: стандартная модель работает, но мы не знаем почему.

Или рассмотрим живой мир. Крик и Уотсон предложили структуру двойной спирали для ДНК в 1953 году, и с тех пор биологи добились огромных успехов в понимании биохимических основ жизни на Земле. В последние годы достижения в генетической технологии, вероятно, опередили даже достижения в вычислительной технике. И все же мы до сих пор не знаем, как возникла жизнь в первую очередь. Что касается понимания такого явления, как сознание, в биофизических терминах… ну, как нам вообще начать?

На рубеже XIX и XX веков некоторые выдающиеся ученые считали, что физика практически завершена; все, что оставалось, — это измерять известные величины со все возрастающей точностью. Тогда на горизонте было всего два облака: продолжающаяся неспособность экспериментаторов обнаружить светоносный эфир и неспособность теоретиков объяснить ультрафиолетовую катастрофу излучения черного тела. К тому времени, как эти облака рассеялись, у нас появилась совершенно новая физика: специальная теория относительности (которая объяснила проблему эфира) и квантовая теория (которая объяснила проблему черного тела).

Возможно, сейчас мы переживаем ситуацию, противоположную той, в которой находились ученые более века назад: никто не верит, что физика закончилась — существует так много разумных вопросов, на которые у нас нет ответов, — но, возможно, теории, которыми мы сейчас располагаем, достаточно хороши, чтобы объяснить любое наблюдение, которое мы можем сделать. Возможно, мы находимся в досадном положении, зная, что наши теории неполны — что они даже неверны, — но не имея возможности провести эксперименты, которые указали бы на лучшие теории. Возможно, физическое устройство нашей вселенной таково, что это судьба любого разумного вида.

Если это так, то это объяснило бы, почему мы не слышали от внеземных цивилизаций: все они застряли примерно на том же уровне научного понимания — и, следовательно, технологической компетентности, — что и мы. Они знают о кварках, космической инфляции и темной энергии, но они не знают, как все это сочетается, не больше, чем мы. Они задаются вопросом, есть ли кто-нибудь там, но у них такая же ограниченная способность — нехватка возможностей — транслировать свое существование во вселенную, как и у нас. Это удручающая мысль.

Лично я не могу заставить себя поверить, что научный прогресс остановится в ближайшее время. Охота за темной материей наверняка скоро откроет новую физику; пока я писал этот раздел, я узнал, что завершена работа по модернизации Большого адронного коллайдера, что означает, что физики элементарных частиц скоро смогут исследовать субатомный мир на ранее недоступных масштабах расстояний; в ближайшие годы астрономы и космологи будут изучать темную энергию, космические лучи высоких энергий и гравитационную вселенную с помощью телескопов совершенно поразительных возможностей.[258] А что касается биологии, то темпы прироста знаний не показывают признаков замедления. Что-нибудь да обнаружится. Если мы когда-нибудь встретим внеземную цивилизацию, то я уверен, что ее наука будет далеко впереди нашей; воображать, что они знают не больше, чем мы сейчас, безусловно, несостоятельно.

Решение 42: Они учатся дистанционно

Дайте мне ровно столько информации, чтобы я мог убедительно солгать.

Стивен Кинг

Вопрос Ферми — «Где все?» — находит отклик, потому что он противопоставляет два простых наблюдения. Во-первых, Галактика достаточно стара, чтобы разумная жизнь могла возникнуть давным-давно. Во-вторых, несмотря на заявления о летающих тарелках, мы не видим никаких признаков артефактов разумной жизни — ни инопланетных космических кораблей, ни самовоспроизводящихся зондов, ни проектов астроинженерии. Однако, когда мы разбираем это второе наблюдение, мы обнаруживаем в нем различные допущения. Например, мы молчаливо предполагаем, что единственный способ исследовать Галактику — это «грубая сила» с применением флотов космических кораблей или самовоспроизводящихся зондов. Возможно, у ВЦ (внеземных цивилизаций) есть более тонкие способы сбора информации?

Майк Лэмптон, ученый[259] из Лаборатории космических наук Калифорнийского университета в