даже наши богословы, в конце концов, начинают это понимать. Постоянно множится число паранормальных явлений (от пограничных предсмертных переживаний (EFM) и до инструментальной транскоммуника-ции (ТСI). Но особенно я верю в просветленность наших монастырей, в духовный опыт многих молодых людей, которым обычно не удается найти себя в Церкви, но которые не перестают искать. Я верю в свидетельство наших святых, в жизнеспособность православных Церквей, которые, благодаря своей независимости от Рима, сумели гораздо лучше сохранить богословско-мистическую традицию первых веков христианства и даже развить ее в течение нескольких десятилетий, несмотря на ужасные исторические условия.

Но прежде всего я верю в бесконечную Божью любовь, которая оставила нам несколько «бомб замедленного действия» — таких, как плащ Хуана Диего в Мексике или все те полотна, на которых запечатлелись следы Христовых Страстей. Веками они хранили свои знамения, хотя и остававшиеся неясными, и только в наше время, благодаря современным технологиям, их, наконец, удалось прочесть. Бог знал это — как и то, что мы сможем раскрыть смысл этих чудес как раз тогда, когда больше всего будем в них нуждаться.

Еще я верю в бесчисленные явления Девы Марии в различных странах — как раз тогда, когда верующим приходилось особенно тяжело: в Германии во времена нацизма, в Варшаве в 1959 году, в Ливане в годы гражданской войны и в других странах…

Божьи знамения бесчисленны и постоянны — нам остается лишь распознавать их!

«Если бы ты знала дар Божий!» — сказал Христос самарянке (Ин. 4, 10).