Часть первая. Врач и мафиози. Глава 1
Элис.
Денёк сегодня выдался не очень. Больничный зал ожидания переполнен пациентами по самый не хочу. Моя смена нескончаемая. Ну вот, зачем, спрашивается, я согласилась подменить доктора Миллера?
Плохое предчувствие одолевало меня целый день. Двенадцать часов на ногах, глаза слипаются, а сейчас только семь вечера. Домой я в лучшем случае уйду к полуночи, а если вдруг будут экстренные пациенты, придётся ночевать в ординаторской. Но мне не привыкать. Дополнительный гонорар за сверхурочные смены не помешает, а выспаться я успею всегда.
Отправив очередного больного на ЭКГ, прошу медсестру Нелли принести мне крепкий чёрный кофе без сахара, иначе просто свалюсь. А может лучше выпить энергетика? Там кофеина больше и моя батарейка энерджайзер проработает до утра. Но поздно, Нелли приносит кофе, а вместе с ним нерадостную весть.
— Доктор Янг, скорая везёт к нам экстренного пациента. Огнестрельное ранение, обширная потеря крови. Прибудут через три минуты.
— Чудесно, Нелли. Похоже, что вечер только начинается, — бросаю мрачно фразу и допиваю свой кофе залпом. — Что за характер ранения?
— Я толком не знаю, но по рации передали, что в область груди.
— Готовьте третью для экстренного, но на всякий случай свяжитесь с хирургией. Возможно, понадобится операционная.
— Хорошо, — снимая трубку внутреннего телефона на ходу бросает Нелли.
— И закажите кровь для переливания. Есть сведения о группе?
Меня зовут доктор Элиссон Янг. Так не привычно звучит, но с некоторых пор, всего лишь год, я выпускница медицинского университета и признанный врач. Мои таланты в области медицины по достоинству оценены, заветная лицензия получена, работы не початый край в престижной клинике Нью-Йорка. Чего ещё желать для полного счастья? Отец гордился бы мной.
Я прохожу в палату, для приёма экстренных пациентов. Тщательно вымыв руки надеваю перчатки, одноразовый халат и очки. Сегодня мне будет ассистировать новичок — Санни Бартон. Дотошный шустрый малый, всё схватывает на лету, не скажешь, что он студент третьего курса. Вместе с Санни в палату заходят две медсестры, и наша команда готова встречать пациента.
Громкий вой сирены скорой раздаётся возле клиники. Много шума, слышится чей-то истеричный плач, грохот каталки. Господи! Да это не плач, рёв стоит такой, что моё сердце обрывается и моментально уходит в пятки. Я пулей вылетаю в холл, чувствуя не ладное и не ошибаюсь.
Поступивший мужчина лежит на каталке. Он без сознания, вся рубашка вдоль живота залита кровью. За годы практики в гордской клинике чего я только не повидала, но такое ранение встретишь не часто. Очень нечасто. Я торопливо осматриваю пациента. В области груди, слева, рана. Вены на шее мужчины разбухли, губы бледны, на лице проступает холодный пот. Машинально хватаю его за запястье. Пульс слабый, частый.
— Нелли! — крикнула я медсестре. — Ты дозвонилась в хирургию? Нам срочно нужна операционная! Третья не понадобится.
Выхватив каталку из рук работников скорой, я на всех парах несусь к лифтам, даже забыв спросить данные о нём у доставивших его медиков.
— Санни! — бросаю на ходу в адрес студента. — Будешь мне ассистировать? Крайер в отпуске. Уточни группу крови пациента и возможный анамнез. У нас проникающее ранение в сердце. Шансов его спасти — один на десять тысяч. И если мы справимся, то получим годовую награду. Настал твой звёздный час, паренёк.
Из лифта мы не выходим, а рывком выкатываемся и со всей возможной скоростью мчимся во вторую операционную. На подготовку времени слишком мало. В такой ситуации его практически нет. Итак потеряны драгоценные минуты. Но мой пациент держится. Слабый пульс пока есть. Молодец! Видимо не суждено ему умереть в этот вечер.
Я очень быстро обрабатываю руки, меняю халат, надеваю шапочку и маску. Практически ворвавшись в операционную, где меня ждут Санни, анастезиолог и сёстры, запускаю процесс.
Меня не покидает назойливое чувство, что кто-то всё время мельтишит под дверью операционной. Поднимаю глаза, улавливаю в окошке двери до боли знакомый взгляд. Заплаканный и беспокойный, безумно вопрошающий. Не может быть! Это Мардж! Я делаю кивок головой ей в ответ, что означает, будь спокойна. Хоть я и понимаю, что шансов выжить у мужчины практически нет. Она резко выдыхает и уходит от двери.
— Надо ускориться, — говорю Санни продолжая свой процесс.
Я работаю машинально, быстро, насколько это возможно. Пытливые мысли, рождающиеся одна за другой, не дают покоя.
«Что она здесь делает?»
Марджери Хайд или, как мы её называли в студенчестве — Мардж. Хорошая девочка из очень богатой семьи. Она училась вместе со мной в медицинском, недолго, всего два года и бросила обучение. Вид крови и болезней пугает её. Вот такая неженка. А далее по списку…
«Кем приходится Мардж этот мужчина? Какое отношение она имеет к явному переплёту, что с ним произошёл? Во, что эти двое вляпались? Почему его доставили в клинику, где работаю я, именно в мою смену? Совпадение? Нет, не думаю. Здесь явно что-то не то».
Но нет времени долго раздумывать. О том, почему он оказался именно в моих руках, я узнаю гораздо позже. Единственная информация пока известная мне о мужчине: ему двадцать семь, третья группа крови, резус положительный, хорошо развито физическое тело. Хорошо? Да слабо сказано! Может быть, именно поэтому в нём всё ещё теплится жизнь.
— Нелли, удалось узнать его имя? Нужно сообщить близким, что он в больнице.
Это единственная длинная фраза, что я произношу за время операции. А далее стандартно: зажим, тампон. Я прошу Санни откачивать кровь из сердечной сумки быстрее. Зажимаю сердечную рану и начинаю её ушивать.
К слову сказать — это моя первая самостоятельная операция на открытом сердце. Раньше я работала только с доктором Миллером. Четыре года назад, он взял меня под своё крыло. Я его ассистент на сложных операциях. Талантливая девочка, такой он меня считает. И не только доктор Миллер придерживается этого мнения. Первый свой успех я одержала в школе, когда умудрилась закончить её экстерном в пятнадцать лет. Затем, неожиданно выиграла стипендию в один из престижных медицинских университетов. Круглая отличница и чуткая отзывчивая душа. За это качество меня особенно ценят. Когда мне было двадцать лет, я попала на практику в центральную клинику. Моим куратором стал — Эдвард Миллер. С тех пор мы преимущественно работаем в паре. Но сейчас, в эти минуты, я сама за себя. У Миллера годовщина с женой, а у меня?
