во дворе папа установил мне качели и я там качалась до головокружения...

— Здравствуй, дом. Вот я и вернулась, — прошептала я, вдыхая приятный с детства запах , — Ты рад мне?

Приятное тепло окутало меня с головы до ног и мягко растворилось, оставив ощущение покоя.

Дом помнит и любит меня, как и раньше...

В небольшой столовой царит приятный полумрак, окна занавешены темно-бежевыми занавесками. Я присела на мягкое кресло во главе  деревянного овального стола. Раньше здесь восседал мой отец во время семейных обедов, теперь это место по праву принадлежит мне. Здесь хотелось жить, работать и радоваться жизни.

Няня Мила в сером платье и с подносом на руках выбежала из кухни. Запах свежеиспеченного пирога с яблоками заполнил всё пространство столовой.

Этот аромат из детства — тёплый, уютный, с лёгкой ноткой корицы и сладости, заставил забыть меня временно обо всём на свете. Даже после сытного обеда у дедушки мой желудок заурчал, а рот наполнился слюной. Не в силах устоять перед искушением, я взяла один кусок и начала есть.

— Ммм, как вкусно, нянюшка, — замычала я от удовольствия, жуя сладкий пирог.

Сладкая начинка буквально таяла во рту, аппетитная корочка приятно хрустела на зубах, а по телу разливалось тепло.

— Кухарка с горничной рано утром ещё прибыли с имения твоего деда, так что, и с обедом успели, и комнату для тебя приготовили, — сообщила мне няня.— Твоя комната сияет теперь, как новенькая.

— Садитесь, госпожа Элен, я вас накормлю, — ворковала нянюшка, — накладывая мне кусочки тушёной курицы.

— Нянюшка, когда мы вдвоём, зови меня как раньше, Элен, —попросила её, схватив за руку.

Тёплые пальцы няни слегка дрогнули в моей руке. От моих слов няня, оттаяла, повернув голову, быстро смахнула слезы рукавом.

— Элен, моя маленькая Элен, — ласково прошептала она.

— Элен, а где барон? Попозже приедет?

— А барона нет, нянюшка. Мы с ним развелись, — сказала я, жуя вкуснейшую курицу.

— Как же так? Да ну его, и без него проживёте, девочка моя, чай не сирота круглая, вон, сколько родственников имеются, — снова смахнула слезу няня, стараясь придать голосу бодрость.

Нянюшка была со  мной с  трёх лет до моего замужества. Ей было восемнадцать лет, когда она вошла в наш дом впервые. Была она ещё совсем молода, сорок лет едва ей исполнилось. Красивая, статная женщина, прожила жизнь без семьи, а я была ей вместо дочери. Каштановые волосы были убраны в низкий пучок, седина едва пробивалась в них. В летнем платье серого цвета, под цвет глаз, выглядела няня привлекательно и молодо. Няня заметила мои разглядывания и засмущалась, начала поправлять свои и так аккуратные волосы.

— Что, Элен, постарела твоя нянюшка?— вздохнув, спросила меня.

— Нет, няня Мила, ты всё так же молода и красива, как и раньше. Я люблю тебя! — ответила я, прижимаясь к ней.

От избытка чувств Мила снова прослезилась, гладя меня по волосам, как в детстве. И так мы посидели несколько минут в тишине, каждая вспоминая свое, что-то радостное, а может быть , и грустное.

После  свадьбы мой отец предложил ей  работу в имении, чаще всего пустующем, и няня согласилась, и мы редко встречались, только у отца, куда няня приезжала в город по делам.

И тут раздаётся стук в дверь, Мила бежит открывать.

— Элен, там маг приехал, — испуганно шепчет она.

— Давай, выходим встречать господина мага. А то я уже заждалась его, — с радостным видом выхожу во двор.

Удивлённая Мила идет за мной.

— Элен, зачем нам маг? — слышу за спиной её голос.

— Скоро узнаешь, нянюшка, — говорю я и злорадно усмехаюсь.

Маг оказалась молодой ведьмой. Высокая и сухощавая, она держалась с достоинством, несмотря на не слишком привлекательную внешность. Крупноватый нос придавал её лицу характерное выражение, а блестящие чёрные волосы, заплетённые в две тугие косы, спускались почти до пояса. Но больше всего моё внимание привлекли её глаза — удивительно зелёные, словно два изумруда, они светились загадочным огнём и таили в себе внутреннюю силу.

Приехала она на одной повозке с дедушкиным управляющим.

— Здравствуйте, баронесса Велен. Прокоп Ефимович направил на помощь к вам, — говорит  ведьма, спускаясь с повозки.

— Придётся обойти весь дом с хозяйственными постройками пешком, так что, баронесса, не обессудьте, переоденетесь, пожалуйста, в рубаху со штанами, да и обувь с крепкой подошвой не помешает, — произнесла, оглядев моё домашнее платье до пола и миленькие туфельки, выглядывающие из-под платья.

И вот, так мы и шли: первым шёл управляющий деда, протаптывая высокую траву вдоль забора, второй шла я, хозяйка всего этого имущества, третьей шла ведьма, накладывая длительное охранное заклятие на моё имение от чужаков, в частности, от бывшего мужа . Раз десять, наверное, про себя благодарила ведьму за совет о хорошей обуви. Во всем моём багаже, тайно вывезенном частями из дворца, присутствовали только туфли и сапожки на каблуках. Так что нянюшка одолжила мне свои полустоптанные туфли на плоской подошве и на пряжке, благо, размер оказался почти подходящим. Бродить по заросшим клевером до колена участку целый час — это вам не на балу танцевать!

— Завеса подействует месяц, никто чужой не сможет её пройти без вашего разрешения, — объяснила в конце работы уставшая ведьма.

От денег отказалась, сообщив, что Прокоп Ефимович уже заплатил. От предложенной еды ведьма не отказалась, лишь попросила вынести трапезу во двор. Кухарка с нянюшкой быстро накрыли стол в тени, и гостья немедленно приступила к еде. Ведьма ела с аппетитом, поглощая блюдо за блюдом, оправдываясь тем, что потратила много магической энергии. Но при этом сохраняла определённое  изящество  манер, что выдавало в ней ученицу магической школы, где её и отыскал мой дядя. Не отказалась она и от свёртка с бутербродами, приготовленными моей новой кухаркой Розой. После управляющий посадил её в повозку и  с благодарностями увёз обратно. К этому времени мои охранники с кучером уже разместились во флигеле под руководством нянюшки.

Приняв тёплый душ в ванной комнате на первом этаже, задумалась, что неплохо было бы поставить чугунную ванну, как в городе. Проверив, как разместились горничная с кухаркой, я поднялась на второй этаж в свою спальню. За прошедшие семь лет здесь ничего не изменилось. Комната с двумя окнами была довольно просторной, в дальнем углу разместилась моя кровать, рядом небольшой туалетный столик с зеркалом и