выбирает из блистеров один и протягивает мне. — У мамы часто случаются приступы, а она вечно все забывает.

— Спасибо... — От этой заботы становится стыдно.

— Я сейчас за водой сбегаю. Одну минуту.

Красавица разворачивается к двери, но я останавливаю:

— Не стоит. Это все яркий свет. — Возвращаю таблетки. — Мне нужно время, и все пройдет.

С минуту девушка ничего не произносит. Кладет лекарства в сумочку и растерянно озирается по сторонам. Затем неуверенно начинает:

— Вика. — Она протягивает руку. — Я журналист. Работаю на одном пока еще не очень известном интернет-портале. Мы рассказываем о событиях в городе и знакомим своих читателей с интересными людьми.

— Приятно... познакомиться, — говорю с запинкой.

— Простите за внезапность. Я хотела взять у вас интервью, — на одном дыхании выпаливает Вика.

— У меня?..

Пожалуй, это даже не черный юмор, а какой-то сумрачный. Со всеми оттенками черноты.

— Вы уникальный случай! В сфере строительства почти нет женщин. По крайней мере, на руководящих должностях. А вы не только владелица компании, но еще и директор. Причем успешный!

Она говорит об этом с таким восторгом, что приходится закусить губу, чтобы сдержать нервный смешок.

— Думаю, вы ошибаетесь. Женщин хватает, просто они не так заметны.

Вряд ли я старше Вики больше чем на пять лет и все же ощущаю себя сейчас древней старухой. Потрепанной жизнью бизнес-леди, которая променяла семейное счастье на карьерный рост.

— Умоляю... Диана Дмитриевна. Прошу вас. — Она складывает руки в молитвенном жесте. — Обещаю, я заранее согласую с вами все вопросы. Мы не будем публиковать ничего, что вам бы хотелось скрыть от общественности.

— Вика... — Я перевожу дыхание. — Сомневаюсь, что это будет интересно. У меня очень простая жизнь и много работы. — Все же не сдерживаюсь, смеюсь.

Какая ирония! Передо мной любовница моего бывшего мужчины, отца любимой дочки. И я признаюсь ей, что живу лишь работой. Не хватает коробки с пеплом, чтобы в процессе разговора посыпать голову.

— Что вы! — округляет глаза Вика. — Я читала о вас. Вы превосходный руководитель, да еще и любящая мама. Это разрыв всех шаблонов.

— Не знаю, что у вас за шаблоны. Поверьте, читателям будет скучно.

— То есть вы согласны?!

Она радуется совсем как моя Ника. Так искренне, что не получается злиться.

Из всех женщин на свете подлец Хаванский выбрал самый безобидный вариант. Вика совершенно не похожа на меня. Полный антипод во всем. И слишком милая, чтобы послать к черту.

— Хорошо. — Голова начинает болеть по-настоящему. — Я дам вам интервью. Только короткое и не на этой неделе. — Чувствую себя мазохисткой.

— О, я вам так благодарна!

На радостях Вика бросается ко мне и сжимает в объятиях. От неожиданности пошатываюсь. Каблук, как назло, застревает в шве тротуарной плитки, и лишь чья-то большая горячая рука удерживает от падения.

Кто наш спаситель, я понимаю в одно мгновение.

Это какая-то встроенная в подкорку программа опознания «Свой — чужой». Благодаря ей не нужно оборачиваться, не нужно спрашивать. Не нужно даже вдыхать аромат...

Сигнал несется по телу со скоростью света, обжигает каждое нервное окончание. И выворачивает душу наизнанку.

Не готовая к этой встрече, я рассыпаюсь на тысячи маленьких острых иголок и вязну в болезненных ощущениях. Мы с Викой синхронно называем одно имя:

— Клим...

Я хрипло, так, что, наверное, никто не слышит. Она — радостно и громко.

— Осторожнее. — Хаванский помогает вернуться в вертикальное положение и убирает ладонь.

Без него тут же становится холодно. Так и тянет отшатнуться назад... к теплу, но я быстро беру себя в руки.

— Спасибо, — стараюсь говорить четко и спокойно.

— Любимый, познакомься, это Диана Шаталова. Одна из самых успешных бизнес-леди нашего города, — произносит Вика, будто Клим может не знать кого-то на своей презентации.

— Мы знакомы.

Хаванский тяжелым взглядом проходится по моему телу, не задерживаясь ни на ногах, ни на бедрах, ни на груди. Впервые.

— Вау! Представляешь, Диана даст мне интервью. Обещала рассказать и о работе, и о личной жизни.

— Уверен, рассказ будет насыщенным. — На породистом лице Клима такая мука, словно прямо сейчас его заставляют съесть лимон.

— А еще познакомить меня со своей малышкой, — входит в раж Вика. — Правда, Диана?

Она поворачивается ко мне и вновь изображает знаменитого кота из мультика про зеленого огра. Но от нового, удивленного взгляда Клима я не могу ни вздохнуть, ни сказать... хоть слово.

Глава 12

Клим

Когда-то я считал, что Диана Шаталова — самая красивая женщина на свете. Два года прошло. Ничего не изменилось. Даже без гирлянды из бриллиантов, в обычном черном платье, она всухую уделывает всех местных красавиц.

Хреновое открытие. Но я пока не ослеп, чтобы не замечать очевидного, и по-прежнему в своем уме.

— А еще познакомит меня со своей малышкой. Правда, Диана? — Вика поворачивается в сторону собеседницы. Смотрит на нее, не скрывая восторга, а у меня за ребрами просыпается знакомая ноющая боль.

— У вас дочка? — переспрашиваю уже сам.

— Да... — как-то уж слишком растерянно для светской львицы отвечает Диана.

— И сколько ей?

Хочется вытолкать Вику в зал и хорошенько встряхнуть молодую мамочку. Даже смешно от этой реакции. Столько времени прошло, до хрена чего случилось, а ведусь как собачка Павлова.

— Дочери Дианы почти два года, и она милашка, — вместо потерявшей дар речи Шаталовой отвечает Вика.

— Мм... два года.

У меня нет проблем с арифметикой. Два года назад я был одним из тех, кому посчастливилось трахать эту