собираясь «тронуть шляпу», но в последний момент удержался.

Улыбка моментально тронула губы.

— Ковбой.

Проследила за ним взглядом, наблюдая, как джинсы сидят на...

— Ники, детка, ты не представляешь, как долго я ждал встречи с тобой! — вмешался в мои мысли новый гость, усаживаясь рядом.

Я прищурилась, пытаясь вспомнить, кто он. Светлые лохматые волосы, худощавое телосложение, слегка по-детски наивное лицо, калифорнийский акцент... Трой. Сёрфер из «Золотого штата»3.

— И сколько же ты ждал? Мы тут не так уж и долго.

— С того момента, как увидел тебя в сезоне Трэвиса! Ты была самой горячей девушкой там! Трэвис идиот, если не разглядел! — Он обвил рукой спинку качели, слишком близко придвинувшись ко мне.

— То есть ты решил, что я интересная, только потому что я «горячая»?

Я не удивилась. Я знала, на что подписываюсь. Никто здесь не видел меня настоящей.

Что ж, если ему нравилась та девушка... Он явно не оценит ту, которой я хочу стать.

— Чувиха, ты была просто огонь! Особенно тогда, когда так сладко вилась вокруг Трэвиса, а потом взяла и утёрла нос Райли! Блин, это было гениально. Дай пять!

Трой поднял ладонь, но я просто уставилась на неё.

Он серьёзно? Ему это нравилось?

Правда?

Его явно ожидало разочарование.

— Так вот что. — Я убрала его руку от своего лица. — Всё, что ты видел между мной и Трэвисом, было реальным. А если тебе понравилось, как я вела себя с Райли... Думаю, мне неинтересно знакомиться с тобой дальше.

Трой фыркнул.

— Да ладно, не ломайся.

Его рука скользнула мне на плечи, притягивая ближе. Оставался только один вариант. Я резко двинула локтем ему в рёбра. Он вскрикнул, но тут же отодвинулся.

— Я серьёзно. Уходи.

Я села ровнее, скрестила руки, стараясь не дать ни единого повода продолжать, и посмотрела на него ледяным взглядом.

— Чувиха, ты стала скучной. Что с тобой случилось?

— Я выросла, — пробормотала я, наблюдая, как Джим что-то тихо говорит Трою, прежде чем проводить его обратно в дом.

Двое выбыли. Осталось выгнать ещё троих.

* * *

Я осталась на качелях до конца вечера, заставляя парней приходить ко мне.

Да, можно было бы войти в дом и пообщаться с ними в общей компании. Но мне было слишком комфортно здесь. Если кто-то хотел поговорить, то должен был стараться самостоятельно.

И они старались.

Парни выходили на веранду один за другим, словно по расписанию. Общение было примерно по десять минут. Это было удобно, потому что я не уставала и не застревала в неловких разговорах.

А что самое приятное, мне удалось избавиться ещё от двоих.

Джейсона, который не переставал звать меня «детка».

И Марка, который целых десять минут говорил исключительно о себе, так и не задав мне ни единого вопроса.

Сейчас рядом со мной сидел Брент. Его время подходило к концу, а последний участник уже переминался у дверей.

— Почему ты решил стать преподавателем геометрии? — спросила я, снова сосредоточившись на собеседнике.

— Как бы банально это ни звучало, я всегда любил математику. Но самое главное то, что у меня к ней талант.

Брент устроился так же, как Уэйд. Он вытянулся на качелях, положив голову на подушку, и уставился в небо. Только они двое чувствовали себя рядом со мной настолько непринуждённо. Остальные то и дело ёрзали и не могли устроиться поудобнее.

— Я тоже люблю математику, — призналась я почти шёпотом. Это было странно — делиться чем-то настоящим.

— Да? — Он повернулся, улыбаясь.

Я пожала плечами. Да, у меня есть мозги. Нет, я ими не хвастаюсь. Да, все привыкли считать меня пустоголовой блондинкой.

— Я ещё обожаю океан. Но всегда понимал, что не смогу всю жизнь зарабатывать этим. Поэтому нужен был запасной план. Так и вышло.

— Интересно, — сказала я, не найдя другого слова.

— «Интересно»?

— Просто многие продолжают работать в своей сфере. А есть такие, как ты, кто решил просто жить своей жизнью.

— Мне стало намного приятнее заниматься сёрфингом, когда я перестал делать это профессионально. Теперь я катаюсь просто потому, что люблю это. Без какого-либо давления, без оценки моей техники. Чистый кайф.

— Должно быть, приятно жить без давления, — пробормотала я скорее себе под нос, чем Бренту, но он всё равно услышал.

— Я тебя совсем не знаю, но если хочешь совет, то что бы ни было источником давления — отпусти это. Будь то что-то или кто-то. Оно того не стоит. — Брент легонько толкнул меня локтем и оставил руку лежать рядом с моей.

— Легко сказать. — Я чуть сильнее прижалась к нему.

За время, что я сидела с ребятами во дворе, успело заметно похолодать. Лёгкое платье, в котором я была, совершенно не защищало от холода. Одеяло, прикрывавшее мои ноги, помогало, но не слишком, поэтому я решила украсть у Брента немного тепла.

Только ради этого.

Ну, по крайней мере, так я себя убеждала.

Как только я устроилась рядом с Брентом поудобнее, дверь на веранду сдвинулась в сторону. На улицу вышел последний человек, с которым мне предстояло поговорить. Скорее всего, он единственный, кто сегодня уйдёт ни с чем. Остальные парни мне нравились, с ними мне хотелось познакомиться поближе. Но этому бедняге, похоже, достанется короткая соломинка.

— Похоже, моё время истекло. Было приятно поболтать, Ники. И запомни, что я сказал. — Брент выпрямился, взял меня за руку и поднёс её к губам. Затем вскочил и быстро ушёл.

Я так и осталась сидеть, бессильно уставившись ему вслед. Руку, которую он поцеловал, покалывало, а в голове я уже раскладывала ребят по местам в своём личном рейтинге, прочно ставя Брента на первое.

Он не сказал ни единого слова о том, кто я, о моём воспитании, о том, что я — это избалованная девчонка из большого города. Он был простым, искренним, добрым. Пожалуй, именно это мне сейчас и нужно. На него давили из-за работы, на меня — из-за семьи, но, несмотря на разницу, он каким-то образом сумел пробить брешь в моих мыслях. И впервые за долгое время я задумалась: а не убивает ли меня медленно, но верно попытка соответствовать родительским ожиданиям? И что, если пора просто поставить точку?

Какими бы ни были последствия.

Я услышала, как подошёл последний парень. Даже не взглянув на него (чтобы не сделать момент сложнее, чем он уже был), спокойно произнесла:

— Можешь идти.

— Что?! — Он чуть ли не возмутился. — Ты даже не поговорила со мной!

— Верно. Но ты последний. Со всеми остальными я уже пообщалась. Они мне нравятся. А