Я и не надеялся вернуть то, что было. Но мне так не хватает наших с тобой задушевных бесед. Помнишь все эти вечера в видео чате? — Было чудесно, — не могла не улыбнуться я, вспомнив то волшебное время. — Ну, так как? На этот раз ты мне оставишь свой номер? — Лео, я не знаю… — Ну, а что ты теряешь? — Неужели ты не понимаешь? Я боюсь снова привыкнуть к тебе. Ты проживешь в Москве четыре месяца, а потом вернешься в Лондон. — Ну, да. И никто не мешает нам и дальше общаться. — У тебя всегда все так просто. — Стелла… — Лео вял меня за руку. — Перестань относиться к жизни как к шахматной партии и продумывать все на несколько ходов вперед. Для начала просто покажи мне Москву. Я приеду в незнакомый город в чужой стране, и было бы здорово, если бы там у меня был кто-то родной и близкий. — Хорошо. Я дам тебе мой номер, — наконец, сдалась я. — Отлично. А на самолет вас посадить позволишь? — Ээээй, притормози! Не все сразу, — я испугалась такого напора со стороны Лео. — Расскажи мне лучше, как ты жил все эти годы. — Что тебя интересует? — Как ты пережил развод? — Очень сложно, — нехотя ответил Лео. — В конечном итоге Бет во всем винила только меня и потрепала на прощание немало нервов. Вместо полугода процесс длился почти год. — Почему она не отпустила тебя мирно, если ей самой не особенно нужен был этот брак? — Я сам не могу понять. Такое ощущение, что ее просто до ужаса пугал статус разведенной. При этом и полноценной семьи Елизабет никогда не хотела. — А что потом? — Занялся расширение бизнеса. Нужно же было куда-то выпускать всю бушевавшую внутри энергию. Сейчас во главе нашей фирмы три человека, и я — один из них. Один из компаньонов сумел пробиться на российский рынок. Помимо отелей мы планируем принять участие в оформлении спортивного комплекса и огромного концертного зала. Работы там на год вперед. Сейчас как раз идут последние стадии переговоров. — Это так здорово. — Да, это очень хорошо, — кивнул Лео. — Это означает, что я могу задержаться в России не только на четыре месяца, а гораздо дольше. Я не успела осознать услышанное, так как Анюта закончила рисовать и присоединилась к беседе. — Мааам, я все. — Анна протянула мне рисунок. — Можно я подарю его Эдварду? — Конечно. Теперь у него будет и принцесса и ее комната, — согласилась я. — Анна хочет подарить тебе на память еще один рисунок. Похоже, ты ей понравился, — обратилась я уже к Лео. — Спасибо, крошка Эн, — Лео убрал второй рисунок в папку с рабочими бумагами, предварительно внимательно его рассмотрев и отметив мастерство автора и любовь к деталям. — Я обязательно привезу для тебя сюрприз в Россию. — Нам, наверное, пора в гостиницу, — нерешительно сказала я. Время еще было достаточно, но не хотелось засидеться и потом собираться в спешке. — Позволь мне подбросить вас хотя бы до отеля. — Но Анна хотела прокатиться на двухэтажном автобусе… — Мама, я ничего не понимаю, — недовольно надула губы Анюта, вслушиваясь в английскую речь. — Эдвард хочет прокатить нас до гостиницы на своей машине, но я объясняю ему, что тебе очень хотелось проехаться по Лондону на двухэтажном автобусе. — Я хочу поехать на машине с Эдвардом, — Анна соскользнула со своего стула и, подойдя к Лео, взяла его за руку. — Ну, хорошо, — пришлось смириться мне. — Принцесса желает, чтобы ты отвез ее в отель, — сказала я, обращаясь уже к Лео. Он подозвал официанта и, расплатившись, взял Анну за руку и повел к выходу. Я последовала за ними, любуясь этой невероятно милой картиной. Всё было бы замечательно, но внутри меня потихоньку изъедало сомнение. Я не знала, стоило ли раскрывать Лео правду. То, что он не узнал в Анне своего ребенка, давало мне время на раздумье. Я решила вернуться в Россию и посоветоваться с Олей. То, что спустя пять лет, мы снова встретились с Лео и прекрасно общались как старые добрые друзья, не могло не радовать. Я уже давно не сердилась на него, да и он, похоже, простил мне мое исчезновение. Но простит ли он мое молчание о дочери? — Я припарковался за углом, — кивнул Лео в строну оживленного перекрестка. — Но как же? — вдруг спохватилась я. — Тебя могут оштрафовать за отсутствие детского сидения. — Автомобильное кресло необходимо только до трех лет, — успокоил меня Лео. — А дальше запрещается лишь пользоваться передним пассажирским сиденьем. Не волнуйся. Мы подъехали к гостинице минут через двадцать и прощались возле входа в здание. Я позвонила со своего телефона на номер Лео, чтобы у него сохранились мои координаты. Анна никак не желала отпускать своего нового знакомого. — Малышка, Эдвард должен работать, а нам с тобой нужно собираться на самолет, — пыталась я уговорить ребенка слезть с рук Лео, но Анна была непреклонна. — Если ты будешь хорошо себя вести, то он обязательно навестит тебя в России. — Правда? — Правда, — кивнула я. Анна нехотя переместилась ко мне на руки, на прощанье снова погладив колючую рыжеватую щетинку Лео. — Теперь ты просто обязан заехать к нам в гости в Москве или маленькая принцесса не простит мне обмана. Она согласилась вернуться в отель только после моего обещания, что скоро вы снова встретитесь. Когда ты прилетаешь? — Через две недели. Постараюсь решить все дела пораньше. Рабочая виза почти готова. Но нужно утрясти еще несколько вопросов. До свидания, крошка Эн, — Лео взял в руку миниатюрную ладошку дочери и поцеловал на прощание маленькие пальчики. Мне достался нежнейший поцелуй в щеку. — Спасибо, что не отказала. Безумно рад был снова тебя увидеть, красавица. Анна пожелала посмотреть, как Лео будет уезжать, и долго махала рукой вслед удаляющейся машине. — Когда Эдвард прилетит в Россию, я нарисую ему Кремль и Красную площадь, — серьезно рассуждала малышка, пока я собирала в чемодан последние вещи. — Мы ведь сводим его на Красную площадь? — Конечно, — кивала я, убирая альбом и карандаши в сумку, чтобы их можно было достать в любой момент. — Эдвард такой хороший, почему ты раньше меня не познакомила с ним? — Потому что он очень далеко живет, — чуть замявшись, ответила я. — Нужно было давным-давно прилететь сюда и дружить, раз дома ты ни с кем дружить не хочешь. — А как же Оля? Мы с ней замечательные подруги. — Тётя Оля дружит с дядей Мишей. Тебе тоже нужно с кем-то дружить, чтобы ты была счастливая. — И ты хочешь, чтобы мама дружила с Эдвардом, как тётя Оля дружит с