к ним. Рассматриваю фотографии Майры, ее семьи, мистера Лоусона. Там же Джейк и четверо мужчин из X-Cite Media, которых захватила Ксеро. Там же Лиззи Бат.

Мое сердце бешено колотится, когда я перевожу взгляд на фотографии Спарроу и Уайлдера, которых, как я думала, не существовало.

Судя по одной из фотографий, на которой я в более юном возрасте танцую с ними на вечеринке, они реальны. Я изучаю фон и вижу на стене баннер студенческого братства.

Черт.

Я помню, как согласилась пойти на ту вечеринку с одноклассницей, которая даже одолжила мне свое красное платье. Но я даже не помню, как переступила порог.

Мой взгляд возвращается к фотографии, на которой я зажата между мужчинами. На мне это проклятое платье.

— Как, черт возьми, это могло случиться? — бормочу я.

Наконец, я заставляю себя взглянуть на то, что находится посередине. А это группа изображений, от которых по спине пробегают мурашки.

На всех фотографиях я. Все обнажены. Все в возрасте не старше десяти лет.

На одной я лежу в металлической ванне, наполненной льдом. На другой — в смирительной рубашке. На третьей — сижу в обитой войлоком комнате, с широко раскрытыми от ужаса глазами.

Есть даже фотография, на которой моя голова заперта в странной клетке с металлическими выступами, пронзающими кожу.

Я даже не могу списать это на искусственный интеллект, потому что у ребенка есть все мои шрамы. Тот, что кто-то выложил в мой почтовый ящик, был достаточно пугающим, но здесь их так много, что ими можно было бы заполнить целый фотоальбом.

Откуда у Ксеро эти снимки и почему он не сказал мне, что они вообще существуют?

 

ДЕВЯНОСТО ОДИН

КСЕРО

Хорошие люди постоянно работают на злые организации. Именно поэтому я хочу уничтожить Отца и фирму, которая превратила нас в убийц. Но если бы вербовщик был невиновным, которого заставили работать на X-Cite Media, его бы сегодня здесь не было, и он не шел бы навстречу своей смерти.

Я стою за плакучей ивой в саду церкви Святого Климента и смотрю на мужчину, приближающегося к маленькой фигурке, сидящей на скамейке. Харлан Стиллс шагает с уверенностью хищника, который думает, что заманил тринадцатилетнего мальчика для интимной связи.

Камила согласилась сыграть роль приманки. В темноте ее хрупкую фигуру можно принять за мальчишескую.

— Дженсон? — Мягкий голос Харлана разносится по ветру.

Jensonsama13 — один из тысяч профилей в социальных сетях, созданных нашей технической командой именно для этой цели. Мужчины, за которыми мы охотимся, осторожны, параноидальны, и их трудно загнать в угол. Но у каждого из них есть свои слабости. Нужно просто пролистать самые извращенные парафилии и найти ту, которая зацепит.

Поразительно, что мужчины готовы рассказать своим запретным возлюбленным. Мы собрали схемы, государственные секреты и всевозможные хитрости. И все это по цене робота с искусственным интеллектом, способного справиться с любой задачей.

Найти Харлана было легко. Как только мы обнаружили его отвратительную склонность к маленьким мальчикам, именно он организовал эту встречу.

— Дженсон тринадцатый? — спрашивает он.

Камила поворачивает голову.

— Момо, — говорит она дрожащим голосом. — Это ты?

Имя пользователя Харлана — Момотаро Блю. В его профиле написано, что ему 14 лет, он увлекается мангой, аниме и красит ногти. Мы клонировали его телефон, когда я подвинул свой телефон через стол, чтобы показать ему свое портфолио.

Как только мы выяснили, какая социальная сеть ему нравится, мы отправили ему сотни профилей и стали ждать, когда он клюнет.

— Верно, — говорит Харлан. — Повернись.

Камила разворачивается на скамье и стреляет из пистолета с транквилизатором ему в грудь.

Харлан роняет сумку. Она раскрывается, и из нее вываливаются кляп, тюбик со смазкой и моток скотча. Шприц в его руке исчезает под тяжестью его тела, и я бормочу ругательство.

Если он успел вколоть себе то, чем собирался усыпить мальчика, то нам конец. После двух доз успокоительного его будет еще сложнее разбудить. Это больше времени, проведенного вдали от моего милого маленького призрака.

Конечно же, требуется час, чтобы привести Харлана в состояние, достаточное для допроса. После того, как я дотащил его до машины скорой помощи, которую мы переоборудовали в передвижной пункт для допросов, мы поехали на подземную парковку и стали ждать.

Харлан сидит обнаженный, с капюшоном на голове, прикованный к металлическому стулу, прикрученному к полу машины. Электроды окружают его пальцы, отслеживая жизненно важные показатели. Пневмограф и манжета для измерения артериального давления фиксируют изменения в выделении пота и артериальном давлении.

Мы подключили эти устройства к полиграфу. При первых признаках лжи он подаст электрический ток на зажимы-крокодилы на его сосках и на стальной зонд в уретре. Я бы добавил металлический колпачок, но у меня не хватило времени.

Его дыхание меняется, что указывает на то, что он симулирует потерю сознания.

Я поворачиваюсь к Камиле в рабочей зоне скорой помощи.

— Дженсон тринадцатый, отключи детектор лжи и предупреди мистера Стиллза.

Камила набирает команду на ноутбуке. Харлан вздрагивает. Его мышцы напрягаются, когда он кричит.

— Где я? — кричит он. — Кто это?

— Я задаю вопросы, — отвечаю я. — Назовите свою национальность.

— К чему это? — спрашивает он.

— Дженсон.

Камила бьет его током. Харлан дергается на своем месте.

Я прислоняюсь к стене. Мои пальцы тянутся к телефону. Я больше не могу смотреть, как спит мой маленький призрак. Я не догадался установить камеры в подвале, потому что мне и в голову не приходило, что мне придется забрать ее в свое логово. Выселение ее матери нарушило мои планы, чего я даже не предвидел.

— Я американец, — кричит Харлан.

— Хороший мальчик, — говорю я. — Мы поладим гораздо лучше, если ты просто ответишь на мои вопросы.

— Ладно. Что еще ты хочешь знать?

— Где ты родился?

— В Бомонт-Сити, на острове Нью-Олдерни. Еще что-нибудь?

Я продолжаю задавать Харлану безобидные вопросы, пока Камила не поднимает большой палец, показывая, что она настроила полиграф.

— Чем вы занимаетесь? — спрашиваю я.

— Контент-менеджер, — отвечает он.

Когда стрелка на приборе не дрогнула, я удивленно поднимаю бровь. Его точная должность не имеет значения, хотя изначально мы думали, что он рекрутер.

— А кто ваш работодатель?

Он колеблется с ответом.

— Компания, занимающаяся развлечениями для взрослых.

— Как она называется? — рычу я.

Его грудь вздымается и опускается от учащенного дыхания. Я подумываю, не