— Привет, Кеш! Ну как ты сегодня, мой друг? — поздоровалась я и обеспокоенно заглянула в коробку с очередным найденышем.

Иннокентий посмотрел на меня черными глазками-пуговками, нахохлился и что-то чирикнул в ответ, явно возмущенно.

Кеша — не попугай, но стереотипы такие живучие! Раз птичка, значит, Кеша. К тому же у него очень красивое сине-оранжевое оперение.

— Знаю, знаю. Тебе, наверное, летать охота… Мне иногда тоже! — улыбнулась я и достала из ящика аптечку. — Давай-ка проверим, как твое правое крыло. Скоро всё заживет, и тогда полетишь к своей семье. У тебя же есть семья?

Я обрабатывала рану и что-то бормотала себе под нос, пытаясь успокоить птицу, которой мои манипуляции явно не доставляли никакого удовольствия. Ума не приложу, как к моему подъезду занесло зимородка — они обычно ближе к воде селятся — и как его не сожрал огромный соседский питбуль. Я выхватила несчастную птицу буквально из его пасти неделю назад. С тех пор и выхаживала.

Скоро посадила зимородка обратно в коробку. Покупать клетку не стала — он всё равно пока не мог летать. Да и зачем клетка вольному созданию?

— Ты тоже, наверное, не поверишь, что я видела голого мужчину? — буркнула напоследок.

И вздрогнула. Мне показалось, что птица качнула маленькой головкой.

Ну всё, точно пора к психиатру…

***

На кухне меня уже ждал ромашковый чай и теплая улыбка подруги. Что бы я без нее делала?

Я рассказывала о неприятностях на работе, вцепившись в полотенце так, словно от него зависела моя жизнь, а Ольга охала, хмурила брови и вздыхала.

— Ну что ж, завтра во всем сознаюсь, если шеф еще сам не узнал, и будь что будет… — простонала я. — А пока пойдем спать. И прости меня… Похоже, правда померещился мужик. Спасибо, что не считаешь чокнутой.

Подруга прижала меня к своей пышной груди, сверкнула зелеными глазищами, чмокнула на прощание и умчалась домой.

Я переоделась и легла спать.

Свет в коридоре оставила включенным, а рядом с собой положила скалку. Так, на всякий случай. Вдруг кто с тестом придет.

Прокручивая в голове варианты предстоящего разговора с боссом, я и не заметила, как погрузилась в сон.​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Всю ночь мне снился вчерашний «гость».

Он носился за мной и повторял одну и ту же фразу: «Верни мне мое!», а я убегала и орала, что ничего не брала.

Проснулась за час до будильника разбитая и такая усталая, словно и не спала вовсе.

Я умылась, сварила кофе и вышла на балкон. В голове постоянно крутился образ орущего босса. М-да, Лера, хотя бы в голове у тебя бурная личная жизнь. Один мужчина во сне атакует, второй в мыслях.

Оптимистка во мне твердила, что всё будет хорошо. Я ей верила, как обычно.

Допив кофе, я оделась, взяла сумочку и ключи от машины, улыбнулась своему отражению в зеркале и вышла из дома.

Ну что ж, новый день, встречай Валерию Тишкину.

Добралась на работу рекордно быстро. Неужели госпожа Фортуна решила мне улыбнуться впервые за долгое время? Если так, то я только за, могу даже круассаном угостить, только бы эта ветреная мадам согласилась задержаться.

Поднявшись на лифте на свой этаж, я вошла в кабинет и сразу поняла, что самое страшное произошло — шеф всё узнал. Поняла я это по глазам Марины, моей коллеги, точнее по ее испуганному взгляду и зажатой позе.

Подойдя к ее рабочему столу, решила уточнить:

— Узнал, да?

— Ага, — прошептала она. — Лер, он чернее тучи! Заскочил в свой кабинет и так хлопнул дверью, что уборщица в коридоре со страху швабру уронила! Вышел минут через десять, сказал, что на совещание и что скоро вернется.

Эх… Чему быть, того не миновать. Я прошла на свое рабочее место, включила компьютер и попыталась сосредоточиться на бумагах и письмах, пришедших за ночь. Ничего не получалось. Нервничала я, признаться честно, так, что ладони бесконечно потели, а сердце стучало, будто поднялась на двадцатый этаж пешком.

Оптимист во мне благополучно заснул, отказываясь подкинуть решение проблемы. Я кое-как занималась текучкой, ожидая смертной казни, на которую босс меня уже явно обрек. Жертвой моих нервов стал ни в чем не повинный карандаш — я знатно его изгрызла, хотя думала, что давно избавилась от этой детской привычки.

Полдень подкрался незаметно. Коллеги разбрелись кто куда: кто в столовую в здании, кто в кафе неподалеку. А я на обед решила не идти — всё равно кусок бы в горло не полез. Вместо этого решила проверить заказы перед отправкой.

Тут мимо пронесся шеф, крикнул на бегу:

— Тишкина, быстро ко мне! — И влетел в свой кабинет.

Ну, с богом.​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

***

Я подошла к кабинету и окинула взглядом давно выученную наизусть надпись на золотой табличке:

«Директор отдела закупок безалкогольных напитков

Мирошниченко Игорь Владимирович»

Вдохнула, выдохнула, открыла дверь и шагнула внутрь.

Игорь Владимирович сидел за столом и что-то печатал. Услышав шаги, поднял взгляд на меня. О, что это был за взгляд!..

Я мигом вжала голову в плечи.

— Валерия, мать твою! Ты что натворила?! — заорал он. Шеф любил использовать крепкое словцо, но в мой адрес так еще никогда не выражался.

«Как хорошо, что коллеги на обеде и не станут свидетелями моего позора», — подумалось мне.

— Как, объясни мне, как ты, главный специалист отдела закупок, могла заказать четырнадцать, мать их, тысяч коробок никому не известного сока вместо тысячи четырехсот? Куда твои глаза смотрели?! Ты что, новичок?! Это был твой первый рабочий день?!

Я молчала. И правда, что ответить? Прости, босс, виновата, босс? Ему мои извинения в данный момент, как еще один размер к бюсту Ольге, — на фиг не нужны.

— Что ты молчишь, как студент на экзамене?! — еще больше разошелся Игорь Владимирович, аж побагровел. — Что нам теперь делать с этим соком? Где его хранить?! У нас распределительный центр резиновый разве? Резиновый, я тебя спрашиваю?! Ты будешь пить этот сок до конца своей жизни! — В порыве гнева он вскочил с кресла и начал стучать кулаком по столу. — И родня твоя тоже! И родня твоей родни! И даже твои домашние животные будут пить этот проклятый сок вместо воды до конца своих дней! Будешь бесплатно работать следующие десять лет! Я еще раз спрашиваю, ты почему не проверила заказ перед отправкой?!