Князь, молодой статный мужчина, с широкими плечами и военной выправкой, в темно-синем камзоле без украшений, сидел во главе Т-образного стола с недовольным лицом. Серые глаза, как тусклый весенний лёд, неприязненно смотрели его. В этом самом кабинете семь лет назад его принимали совершенно по-другому: он был овеян славой, обласкан и осыпан милостями.

— Барон Велен, слышал о вашем разводе. Я недоволен вашим решением, — сухо ответил Князь на его приветствие.

Артур весь сжался. Для чего его вызвали?

— А вы в курсе, что вы выгнали ни в чём повинную беременную жену ? Какой скандал на всё Саргунскре Княжество! — давил Князь, буравя его своими серыми глазами.

От услышанного по спине барона потек холодный пот.

Значит, тот, в последний раз Элен и забеременела? И все скрывала! Для чего? Нет, не было у баронессы любовников! Этот язвительный высший свет сразу бы донёс ему новость на тарелочке!

— Баронессу обижать не смей больше! Я приказываю! От неё и от её семьи больше пользы для княжества , чем от всех  столичных бездельников, вместе взятых ! А тебе от такого скандала лучше скрыться в армии! Я отправляю тебя на Южный кордон. Там снова начались беспорядки. А на военной службе ты себя показал намного лучше, чем в семейной жизни. Потом посмотрим, что будем делать дальше с тобой и с баронессой, — закончил Князь уже чуть мягче.

Секретарь передал барону папку с документами, показывая, что приём закончен.

Разгневанный на жену, Артур сначала решил сразу поехать к ней. Но тут вспомнил, как в прошлый раз магическая завеса не пустила его. А ругаться с женой на улице, на виду слуг барон не решился. Да и с беременной женщиной ругаться опасно, вдруг, что с ребёнком случится? После княжеского приёма барона обуревали разные эмоции: то стыд перед Князем, то гнев на Элен, то какая-то, уже давно позабытая нежность к бывшей жене и ещё нерожденному ребёнку. Да и Князь запретил приближаться к бывшей жене. И тогда Артур решил ограничиться письмом. А вот когда вернётся с границы, да ежели, как в прошлый раз, героем, вот, тогда и поговорит с баронессой уже по серьёзному! Времени собраться на службу Князь дал мало, кроме письма к Элен ещё нужно стряпчего вызвать!

Глава 18

Я расслабленно сидела перед зеркалом, любуясь, как Халима укладывает мои длинные волосы в домашнюю причёску. Получалось это у неё легко и быстро.

— Спасибо, Халима, мне нравится, — поблагодарила я свою личную горничную.

Я была довольна её работой. Ловкая, тихая, умелая горничная свою работу выполняла быстро и ненавязчиво, успевая кормить свою дочь. Моя няня Мила помогала в свободное время Хамиле нянчиться с малышкой, я не была против. Пришло время собирать свою команду преданных людей.

— Госпожа, привезли свежие газеты, письма, и ещё со склада доставили две шали, будете смотреть? — спросила Халима.

— Да, принеси сюда, — сказала я, протягивая руку.

Решила начать с хорошего, развернув аккуратный свёрток, на свет вытащила первую  жёлтую шаль, вытканную золотистым орнаментом.

Халима, догадавшись, быстро раздвинула занавески, пропуская в комнату больше света. При свете солнца узоры, вытканные золотыми нитями, засверкали, слепя глаза.

— Как восхитительно! — прошептала горничная, любуясь красотой. — Шаль, достойная княгини!

Вторая шаль была выткана из красного шёлка, и тоже украшена золотым узором в виде роз по краю.

— Какая тебе больше нравится? — спросила я горничной.

Халима нерешительно тронула кончиками пальцев сначала жёлтую шаль, потом красную...

— Не знаю, госпожа баронесса. Обе хороши, — прошептала моя помощница, любуясь игрой света на шёлке.

— Ну, которую из них предложим боярыне Ельской? — спросила я у Хамилы.

— Обе купит, не устоит, — просто ответила горничная, не понимавшая, что цена даже одной шали в серебре очень и очень высока, даже для боярина Ельского.

Шёлковая шаль — товар штучный. Поэтому я и решила расширить ассортимент платками и перчатками, тоже дорого, но цены не такие заоблачные.

— Решено! Отправим оба! — согласилась я с горничной.

Наталия Ельская не сможет выбрать одно, возьмёт обе, а платить будет боярин Ельский.

— Халима, упакуй красиво. И передай письменные принадлежности — я напишу записку боярину Ельскому.

Когда очередь дошла до газет,

"Саргунские новости" ввели меня в некоторое оцепенение. Бросила газету на стол, встала и прошлась по комнате, снова села. Прочитав ещё раз, я попросила принести моей горничной ромашковый чай.

— Госпожа, вам плохо? Лекаря вызвать? — забеспокоилась Халима.

— Нет, просто новость удивила. Мой бывший муж напросился на Южный кордон. И уже уехал.

— Это он от позора убежал, — простодушно высказалась Халима, убегая на кухню за чаем.

Я задумалась. Если барон Велен уже уехал, то его делами сейчас заправляет управляющий. А с ним можно договориться с арендой свободного помещения в здании Торговых рядов. Сколько бы мне не предлагали здания для открытия магазина, душа моя не лежала к ним. Меня всё  равно тянуло в отцовские Торговые ряды. Подумав, я решила отправить к нему по этому вопросу  управляющего фабрикой.

Разбирая письма, удивилась, увидев письмо от бывшего мужа. Что же он пишет? Заметила, что руки мои немного подрагивают, когда я открывала письмо из дорогой бумаги. Отложив в сторону непрочитанное письмо, решила сначала выпить чай, который расторопная горничная уже принесла мне.

— Халима, сходи к дочери. Пока ты мне не нужна, — отправила её, решив прочитать письмо в одиночестве.

Письмо от бывшего мужа меня удивило. Артур вежливо интересовался моим здоровьем и датой предполагаемых родов. Откуда же он узнал о моей беременности? Сообщал, что по княжескому приказу надолго уезжает на южную границу. Просил сообщить о рождении ребёнка и желал мне здоровья и благополучных родов.

Ладно, вежливо и спокойно. И то хорошо. А уж когда рожу, тогда напишу ответ.  Его сын — будущий барон Велен.

Спрятав письмо в шкатулку, стала собираться на фабрику. Беременность протекала легко, а работу за меня никто не сделает, хозяйский глаз везде нужен.

Аван открыл дверь кареты, помогая мне взобраться по лесенке, как резко потемнело в небесах.

— Что это? —  удивилась я, поднимая глаза к небу.

— Дракон, — просто ответил мой охранник, следя за полётом чёрного ящера.

— Сама знаю, что дракон, — проворчала я.

— Это может быть барон Шелен. Драконы у них чёрные. Выздоровел, вот и летает, — продолжил мой охранник, сделав