наблюдая за немым кино. Лихой покачивался, пытаясь свыкнуться с мыслью. – Марин, ты же так не сделаешь?

– Конечно, сделаю! Вороной, ну ничего тебя уже в жизни не удивляет. А Лиска смогла удивить своего Павлика. Видишь, какой он удивлённый? Аж глаза в разные стороны смотрят, и инсультные спазмы по лицу рассыпаются! Хорошо ему как… Удивление идёт мужчинам, я считаю.

– Так получается, и это меня уже не удивит?

– Тогда я подарю тебе тройню, – моя Мартышка поцеловала меня, затыкая рвущееся возмущение. И весь этот хаос продолжался бы ещё очень долго, если бы не громкое:

– ОЙ!!!!

Мы замолкли, дружно оборачиваясь на звук. А когда заметили Софу, по ногам которой бежала водичка, хаос вдруг приобрёл новую силу.

– Машины у входа! – скомандовал Левин. – За мной!

– Сонька, ты дыши…

– Мама, я боюсь рожать! – рыдала сестра, пока муж нёс её на руках через весь дом.

– Я с тобой, дочь…

Шум, крики, гам, носящиеся под ногами дети…

Это и есть семья. Нужная. Важная. И исцеляющая даже душу…

Конец.