Никто не знает этого лучше, чем она.

— Стоит потерпеть, чтобы соединиться навсегда.

Ральф застонал, но вернул платье на место.

— Почему все хорошее стоит так дорого?

Сколько раз она задавала себе тот же вопрос?

— Чтобы мы больше ценили его.

Он застегнул последнюю пуговицу и погладил Ингрид по голове.

— Едва ли я буду ценить тебя потом больше, чем сейчас.

С этим Ингрид была полностью согласна. Она обхватила его за шею и поцеловала так страстно, что их договор затрещал по всем швам. Потом с трудом отдышалась и сказала:

— Наш сын сойдет с ума от радости.

Ральф улыбнулся.

— «Наш сын». Мне нравится, как это звучит. Правда, слова «наша дочь» тоже звучат неплохо.

— У нас нет…

Он зажал ей рот поцелуем.

— Пока нет, но у нас есть время.

Не размыкая объятий, Ингрид сползла на пол, легла рядом с Ральфом и затрепетала от прикосновения его сильного тела.

— Есть.

Все время на свете.