Знаешь же легенду про людских богов? — неожиданно спросил он.

— Про мать-богиню? — облизнув губы, спросила я.

— Да, цветочек.

— Ммм… Мать-богиня Ния вдохнула искру жизни в наш мир. Она принесла ее из вечного покоя, что за темной пеленой… — сбивчиво начала я говорить чужими заученными словами.

Нам много раз эту легенду в храме рассказывали.

— Шш… Незабудка. Дальше, что было?

— Ну, она родила трех предвечных, которые сейчас хранят покой нашего мира, — чуть подумав, выдала я.

— А от кого она родила, Цветочек? — хрипло шепнул Арым, почти как Варих касаясь губами моего уха.

— От других богов, — ответила я заученными словами.

— А кем были эти боги для богини? — терпеливо продолжил опрос Арым.

Я уже раскраснелась вся от его простых вроде бы вопросов. А последний так вообще в растерянность вогнал. Нам про это никогда не говорили. А я и не задумывалась тоже.

— Кем? — почему-то шепотом спросила я.

— Мужьями, конечно, малышка. А кем же еще? — довольно прогудел Арым, сострясаясь от короткого смеха. — Первый Атис за тайное знание отвечает. Еще за магию и перерождение душ. Он хранитель дара общего языка, поэтому разные расы могут общаться между собой и понимать друг друга. Второй ее муж Риит — бог воинского искусства и справедливости. Третий Ланог — покровитель природных сил и стихий, он помогает путешественникам, земледельцам, скотоводам. Отвечает за погоду и смену дня и ночи и времен года. Вот и все, Незабудка. У богини было три мужа и жили они мирно и счастливо. От каждого мужа она родила по ребенку. Те самые предвечные стражи. Понятно?

— П-понятно, — ошеломленно прошептала я.

У богини было три мужа?!

— Откуда ты все это знаешь? — вскинула я на него восторженные глаза.

— Просто знаю, маленькая. Мне нравится узнавать… Вот и собираю в памяти.

Он вдруг неожиданно наклонился и легко поцеловал мои приоткрытые в изумлении губы. Усмехнулся, наблюдая за моими расширенными глазами.

— Ну извини, малышка. Я и так долго держался. Невозможно же когда ты так смотришь.

Я смутилась и хотела отвернутся, но мужская ладонь мне не дала. Арым перехватил мой подбородок и удержал его.

— Тебя долго травили разными недомолвками и прочей неправдой. Спрашивай, когда тебе что-то хочется узнать. Иначе так и будешь смотреть на мир чужими глазами и говорить чужими словами. И не думай про себя плохо. Нет в тебе грязи, не ищи ее в себе, Незабудка, — серьезно посмотрел он на меня, а потом снова поцеловал, но уже более требовательно и жадно.

И не было у меня никакого желания его отталкивать. Потому как только нежность и ласку его теплые губы дарили. А мне всегда, наверно, ее мало будет. Я жадная.

И вот после этого разговора я вдруг и попросилась танцевать. Нет, сначала я конечно какое-то время обдумывала его слова, и поцелуем его губы горели. Слишком много всего на меня тут обрушилось внезапно. Арым не торопил. Просто обнимал и спокойно ел, не забывая и мне докладывать что-то в тарелку.

Я и не заметила как ее подчищала. Снова волновалась, отсюда и голод одолел.

И позвала я танцевать все-таки не сама, если быть честной. Просто сначала к нам подошла одна из орчанок и спросила будет ли танцевать Арым.

Она так смело на него смотрела и мне не понравилось, что в глазах у нее тоже неподдельное восхищение горело.

Да, Арым заслуживал подобных взглядов, вот только… мне почему-то неприятно вдруг стало, и я заерзала рядом с ним. Выглянула из-за его плеча. Посмотрела на танцующих, потом снова на Арыма.

— Хочешь танцевать, Незабудка? — добродушно спросил он.

— Да, — выпалила я, удивляясь своей смелости. — С тобой хочу.

И на орчанку ту посмотрела. Никогда я так ни на кого не осмеливалась смотреть. С вызовом. Она улыбнулась, фыркнула тихо и отошла.

— Ну что ж, идем маленькая. Веселится так веселится. Скоро невесту одаривать будут. Там тоже красивый обряд. Тебе понравится.

Ох!

Как же мне понравилось танцевать! И музыка такая зажигательная, веселая. Руки, ленты, юбки мелькают. А сам танец простой. Пары кружились, взявшись за руки, да потом весело притоптывали в такт музыкантам. И самое главное все мысли вылетали тяжелые из головы.

Так хорошо было просто кружится, смотреть в серьезные ласковые глаза Арыма напротив и ни о чем не думать.

Только его слова глубоко запали внутрь. Все равно крутились. “Чужими глазами на мир смотришь…”

И в мыслях у меня выходит те самые чужие речи. Соседей наших, отца, его дружков, прислуги в баронском доме.

Я и не задумывалась даже об этом. Жила как мне говорили. Делала, что велели, боялась осуждения. Спала будто с открытыми глазами.

Я сейчас только просыпаюсь и настоящий мир вокруг видеть начинаю. И как же это прекрасно!

Я смеюсь, когда Арым снова резко кружит, подхватывая меня за талию. А потом неожиданно сама поднимаю руки и обнимаю его за могучую шею. Щекой прижимаюсь к твердому плечу.

Духи, как же мне хорошо!

— Ну ты и быстро сообразил, — вдруг слышу справа от нас. — Я тоже хочу танцевать с Цветочком.

Музыканты как раз паузу сделали и заиграли какую-то другую быструю мелодию. Повернув голову, вижу одного Вариха.

— Раад там задержался чуток, — мотнул головой он. — Пойдешь со мной танцевать, Незабудочка? — хитро прищуривает он один глаз.

— Пойду, — киваю и снова смеюсь.

И так легко мне вдруг становится. Облегчение чувствую. Нет в моих мыслях грязи, сказал Арым. Вон даже богиня троих мужей любила. Значит, не рассердится, если и я…

А щеки все равно румянцем запылали.

Орки так еще переглянулись между собой понимающе, будто все поняли, о чем я подумала в этот момент.

С Варихом