невредим, если не считать небольшого пореза на левой руке, уже обработанного и перевязанного. Тем не менее, по прибытии в указанное место, родителям пришлось пробираться к своему чаду сквозь толпу озадаченных телохранителей и преподавателей.

Януш все еще восседал на скамье, беззаботно покручивая в руках мутно-зеленый стебель с рыжим бутоном, сорванным, видимо, с ближайшей клумбы. На вопросы окружающих он отвечал неохотно, всем своим видом давая понять, что желает остаться в одиночестве. Встретившись взглядом с отцом, юноша сухо кивнул. От этого жеста Новаку стало не по себе. Он не сразу понял, что не так. И только после удивленного возгласа жены до него, наконец, дошло. Аура сына изменилась, стала похожей на человеческую, но с преобладающими тонами спокойствия. Он был нейтрализован.

— Что же с тобой случилось, милый? — слезно выдохнула Мира и бросилась к Янушу с объятиями.

Алес слегка отступил в сторону, чтобы не мешать секретарю, что деликатно пытался отправить по своим делам собравшихся заклинателей и людей.

— Столько лет прошло, а ты ничуть не изменилась, — с досадой и облегчением проговорил он.