Проведя рукой по запотевшему зеркалу в ванной комнате, я не смогла сдержать улыбки. В свои двадцать пять лет я всё ещё оставалась красавицей: карие глаза с миндалевидным разрезом, точёный носик, пухлые губы и длинные каштановые волосы. Рост выше среднего, всё ещё высокая грудь при тонкой талии, начавшей немного расплываться. Я недовольно нахмурилась. Глядя на мое лицо и не скажешь, что я выдержала семь лет при бароне. Злая усмешка исказила моё лицо. Барон ещё сто раз пожалеет за мои унижения и истязания! Запахнувшись поплотнее  в гостиничный халат, я вышла в комнату.

Горничная уже накрыла мне стол. Первый раз за сегодняшний день я смогла сесть за стол и поесть нормально.  На белоснежной скатерти расположились аппетитно пахнущие тарелки с едой. С удовольствием съела тушёные овощи с курицей и запила клюквенным морсом. Я отправила горничную, сказав, что буду отдыхать. Как только за ней закрылась дверь, я вылепила из хлебного мякиша птичку и нашептала ей письмо, открыла окно, оживила пичку и отправила к нужному человеку. В нашем мире есть магия, но она встречается очень и очень редко. Моей магии хватает вот так, временно оживить неживое и отправлять письма, и ещё кое-что по мелочи.

Через год после замужества мне в голову пришла мысль, что барон, может быть, склонился к женитьбе на купеческой дочери из-за наличия у меня малой доли магии. В его роду магия давно выродилась, уже шесть поколений не рождалось магов. Но не надо забывать, что отец в приданое за мной дал двадцать тысяч монет серебром, которые барон благополучно потратил. Да и после смерти отца всё его имущество переходило мне. А через меня в руки мужа.

А сама решила немного отдохнуть и, раздевшись, легла в постель, предварительно заперев дверь на засов.

Тишина окутала комнату мягким одеялом. Тяжесть дня отступила, тело расслабилось, погружаясь в сон. Все тревоги и заботы исчезли. Завтра будет новый день, новые заботы и новые проблемы. Но сейчас можно позволить себе эту роскошь — полное погружение в безмятежный сон.

*****

Проснулась я от тихого стука в дверь.

— Кто там? — спросила я, спросонья сразу не поняв, где нахожусь.

Чужая комната, чужая постель. Потом вспомнила, что вчера я приехала в гостиницу на ночёвку. Приехала, чтобы дожидаться документов о разводе.

— Баронесса Велен, откройте дверь, стряпчий пришёл, — услышала я голос горничной.

Быстро накинув на себя халат, я отперла засов. За дверью стоял стряпчий барона, уже давно прикормленный мною.

— Доброе утро, госпожа Элен, я принёс вам бумаги, они уже готовы, — с поклоном ответил он.

Посторонившись, предложила ему пройти в номер, закрыв перед носом  горничной дверь.

— Только что от барона, как только подписал бумаги, сразу к вам приехал, — преданно глядя в глаза, шёпотом произнес стряпчий.

— Присаживайтесь, — предложила сесть за стол, сама тоже села.

Документы о разводе легли на стол передо мной, вот она — толстая увесистая чёрная папка. Тщательно проверила каждую страницу — печати, подписи, даты были в порядке. Титул баронессы, конечно же, остался при мне — как и было оговорено в брачном договоре семь лет назад. За этот титул отец тогда заплатил барону круглую сумму.

Стряпчий выложил из папки очередные документы. Имение отца и ежегодные выплаты. Всё, что мне позволили сохранить. Я усмехнулась.

— Благодарю вас за работу, господин стряпчий, — поблагодарила я его, протягивая золотую монету, — Это вам за заботу обо мне.

Стряпчий покраснел, но деньги взял. В его глазах промелькнула жалость к обворованной женщине, но, не заметив на моем лице ни печали, ни гнева, он раскланялся.

Всё, теперь я свободна! Вызвав горничную, я привела себя в порядок, оделась. Завтрак принесли снова в номер: каша рисовая, свежие булочки с маслом, кофе со сливками — что ещё надо свободной женщине?!

Спустившись на первый этаж, я вышла на улицу, где меня уже ждал заказанный  экипаж. Кучер помог мне сесть, подав руку.

— Поторопись, уважаемый, я спешу ,— вложила в руку мужчине серебряную монету, из-за чего его лицо расплылось в широкой улыбке.

— Госпожа очень щедра, благодарю вас, — поклонился он.— Куда изволите ехать? В Торговые ряды?

— Нет, — сказала я, усаживаясь поудобнее, — В имение купца Ефима Ефремова, за город!

Глава 6

Я села в мягкую повозку и спешно покинула гостиницу. С трудом прячу улыбку на лице.

Чувство свободы пьянит сильнее вина — наконец-то я могу распоряжаться своей судьбой, своими капиталами!

— Я свободна! Я — свободная женщина! Свободная и очень богатая! — хочется мне кричать.

Но я молчу, стараюсь прикрыть улыбку на лице, что плохо получается. Время от времени эта самая улыбка вновь появляется на моем лице. Не к этому ли я стремилась в последнее время? Не в этом ли деле мне тайно помогали люди, кому я не безразлична? Мои пальцы судорожно сжимают кожаный тубус, где лежат документы о моей свободе. При этом я не забываю смотреть по сторонам, чтобы не попадаться на глаза ненужным людям. Сейчас это ни к чему.

Надо было спрятаться от гнева барона, пока он не узнал, что от наследства моего отца ничего не осталось! Что бы ни происходило, я действительно боялась встретить его в городе!

Род баронов Велен древний, но богатством похвастаться они могли , наверное только в этой древности. Семь лет назад, когда я познакомилась с Артуром на балу для дебютанток, отец возмущался, что его дочь благосклонно принимает  ухаживания барона.

— Он гол, как сокол! У него ничего нет за душой! — пытался отец мне объяснить.

Но я только отмахивалась. Живя в достатке с рождения, я не задумывалась, откуда отец берёт деньги на мои прихоти.

Отец Артура промотал остатки своего состояния, транжиря их на актрис. Любовь к актрисам, как потом оказалось, передался и Артуру, его третья и четвёртая любовницы тоже были актрисами.

Но я уже была влюблена  в Артура, и избалованная единственная дочь купца не стала слушать своего отца. Артур тогда был героем княжества, вернулся со службы южной границы, тогда там было неспокойно. Только что закончилась небольшая стычка с Южным Каганатом, в результате которой наше княжество возвратило исконно сургунские земли на юге. Барон Артур Велен проявил себя  истинным героем, захватил со своей сотней бывшую сургунскую крепость и смог удержать её до прибытия главных сил. Герой был награждён самим Князем,