Он хмыкает, отстраняясь.

— Ладно.

Типичный мужчина. Самодовольную улыбку я у него сразу же замечаю. Довести девушку до того, чтобы она умоляла остановиться и передохнуть — у них идея фикс. Я боюсь завтра выходить из дома, представляя, насколько будет болеть все тело. А вообще, мы оба немного перегнули палку: у меня болят огромные отметины засосов на коже, а я умудрилась прикусить Смоленского во время поцелуя до крови. Как мы с ним появимся на людях — большой вопрос.

Я потягиваюсь, переваливаясь с бочка на бочок, разминая мышцы, которые уже начинают гудеть. Чувствую, как за спиной немного вздрагивает матрас, а потом меня сгребают сильной рукой, и вдавливают в свои накачанные кубики пресса и грудь. Моя грудь смешно сплющивается при этом. Я протяжно вздыхаю, когда Кирилл утыкается мне носом макушку, втянув воздух.

Его присутствие — какой-то афродизиак? Мурашки по коже от него.

— Ладно, — произношу я, прикрыв глаза, — ты меня сейчас переубедил. Давай повторим…

Конец!