Она знала, что им предстоит решить еще очень много вопросов, но главный все-таки этот. Готовы ли они быть вместе.

Северцева не присутствовала при этой сцене. Случившееся ей во всех красках описала секретарь Марина. Которая тоже этого не видела, но знала от старшей горничной третьего этажа, а та, в свою очередь… Впрочем, не важно. Главное, Северцева узнала, что и эта история, случившаяся в стенах «Гранд-Норда», имела счастливый конец.

И сейчас, любуясь средиземноморским прибоем и нежась под лучами солнца, Северцева вдруг вспомнила Олега Максимова. Этого странного, но талантливого химика, который, сидя на пятом этаже «Гранд-Норда», изобретал ароматы, словно сочинял песни. Того самого Максимова, который придумал запахи для каждого номера, для каждого гостя. Это он соблазнял гастрономическими ароматами итальянца Донелли. Это он придумал чуть охладить температуру воздуха в лобби и добавить в тамошние кондиционеры едва уловимый запах горящих в камине дров, чтобы прибывшие в отель сразу попадали в атмосферу уютного дома. И потому многие возвращались в «Гранд-Норд», как мы возвращаемся в счастливые моменты нашей жизни – за ощущениями, за ароматами, за воспоминаниями.

Это он, Олег Максимов, создавал нежнейший запах глицинии для апартаментов Теда Карона. Тот самый запах, с которого и началась любовь Теда к Анне.

Максимов не говорил Наталье, что обоняние делает нас теми людьми, какие мы есть – сильными, слабыми, влюбчивыми, одинокими, а иногда безумно счастливыми. Но Северцева это уже и сама знала – в ее душе было много ароматов-воспоминаний. И в ее душе была новая любовь, которая будет отныне пахнуть этим свежим бризом, ослепительным солнцем и нагретым песком.