Подняла глаза.

Оберон смотрел на мои руки. На быстрые движения пальцев по клавишам. Золотые глаза потемнели, зрачки расширились, и дыхание стало чуть глубже.

– Прекрати пялиться, как маньяк, – пробормотала я, возвращаясь к экрану. – Я работаю. Это серьёзно. Это взлом национальной библиотеки, а не порнография.

– Я знаю, – его голос был низким, с той бархатной ноткой, которая делала неприличные вещи с моим пульсом. – Именно поэтому я и смотрю.

– Тебя заводит, как я печатаю? – я усмехнулась, не отрывая взгляда от кода. – Это новый уровень странных фетишей, даже для фейри.

– Меня заводит, как ты делаешь всё, – он подался вперёд, локти на столе, и расстояние между нами сократилось до опасного. До того момента, когда я чувствовала тепло его тела, запах лета и кедра. – Особенно когда ты так сосредоточена. Когда кусаешь нижнюю губу, даже не замечая этого. Когда эти умные, циничные глаза горят азартом.

Я замерла на секунду – всего на чёртову секунду – но он заметил. Конечно заметил. Ублюдок с многовековым опытом чтения людей.

Усмехнулся – медленно, самодовольно.

– Придержи гормоны, Солнышко, – я вернулась к печатанию, игнорируя жар, расползающийся по щекам. – У нас тут кража века на горизонте, а ты строишь глазки, как подросток.

Девушка принесла кофе и сконы – ароматные, тёплые, от которых поднимался соблазнительный пар. Я вцепилась в чашку, делая первый глоток.

Боже.

Божественно.

Жидкое золото, дарующее жизнь.

Я закрыла глаза, наслаждаясь моментом, и застонала.

Когда открыла глаза, Оберон смотрел на меня с выражением голодного хищника.

– Прекрати издавать эти звуки на людях, – произнёс он хрипло, – или я не отвечаю за последствия.

– Это кофе, – я пожала плечами, делая ещё глоток. – Я стону над хорошим кофе. Смирись.

– Ты стонала похожим образом прошлой ночью.

– И это было из-за твоей техники, а не твоей личности, – я состроила сладкую улыбку. – Так что не зазнавайся.

Он рассмеялся – низко, искренне – и что-то тёплое сжало грудь.

Чёрт.

Я вернулась к ноутбуку, пряча улыбку за экраном.

Взлом начался.

Я погрузилась в код – в тот параллельный мир цифр, символов и защитных протоколов, где я была богиней. Королевой. Абсолютной властительницей единиц и нулей.

Мои пальцы летали по клавишам, вводя команды, обходя защиту, пробираясь сквозь слои шифрования, как горячий нож сквозь масло. Или как я сквозь чужие секреты – легко, изящно, с наслаждением.

Адреналин начал пульсировать в венах. Тот сладкий, острый кайф от взлома, который я любила почти так же сильно, как секс.

Почти.

– Ты улыбаешься, – заметил Оберон тихо.

Я не подняла головы, вводя очередную команду.

– Потому что это слишком легко. Их защита – детский сад для умственно отсталых. Пароль «Library2024». Серьёзно? Это даже не смешно. Это грустно.

– Или ты слишком хороша.

– Тоже верно, – я усмехнулась, проникая в систему одним нажатием клавиши. – Я охренительно хороша. Скромность – не мой конёк.

– Заметил.

Я нашла их внутреннюю сеть за считанные минуты. «NLI_Security_Network». Защита уровня "мы надеемся, что нас не взломают, потому что мы библиотека, кому мы нужны".

Наивные идиоты.

Система распахнулась передо мной, как дешёвая шлюха перед моряком с деньгами – без сопротивления, без достоинства.

Камеры. Датчики движения. Электронные замки. Панель сигнализации.

Всё моё.

Я открыла интерфейс видеонаблюдения и начала переключаться между камерами, откусывая кусок скона. Боже, он действительно был божественным.

Главный холл – пусто. Читальный зал – пусто. Архивные комнаты – пусто. Служебные коридоры…

Стоп.

Моё сердце пропустило удар.

Скон застрял где-то на полпути к желудку.

– Что? – Оберон мгновенно напрягся, улавливая изменение в моей позе, в дыхании. Чёртовы фейри-инстинкты.

– Движение, – прошептала я, вглядываясь в экран. – Внутри библиотеки. Прямо сейчас. В семь утра, когда она ещё закрыта.

Он придвинулся ближе – так близко, что его плечо прижалось к моему, и запах лета окутал меня волной, тёплой и дурманящей.

На экране – служебный коридор в глубине здания. Четверо мужчин в чёрной тактической форме без опознавательных знаков, нашивок, вообще без какой-либо идентификации. Они несли деревянный ящик – длинный, узкий, с металлическими замками по бокам и рунами, которые я различала даже через зернистое изображение камеры.

Даже через экран я чувствовала магию. Моё Видение вспыхнуло автоматически – острым импульсом, пронзившим виски.

Артефакт.

– Они что-то выносят, – я переключилась на следующую камеру, отслеживая путь мужчин по коридорам. Пальцы летали по клавишам, открывая камеру за камерой. – Из хранилища. Прямо сейчас.

– В семь утра? – Оберон нахмурился. – Это не стандартная процедура.

Я переключилась на внешнюю камеру у служебного выхода.

И выругалась.

Чёрный фургон без номеров стоял у чёрного входа, задние двери распахнуты, как пасть готового проглотить добычу зверя. Ещё двое мужчин в такой же форме помогали загружать ящик внутрь.

– Перевозка, – выдохнул Оберон, и в его голосе прозвучала та хищная нота, которую я начала узнавать. Опасная. Обещающая кровь. – Они перевозят коллекцию.

– Да не просто коллекцию, – я впилась взглядом в экран, переключаясь обратно на внутренние камеры. – Подожди. Смотри.

Мужчины вернулись в здание. Спустились по служебной лестнице – вниз, в подвал, где даже через камеру воздух казался темнее, плотнее, насыщеннее. Где магия пульсировала почти физически ощутимо, даже сквозь цифровое изображение.

Они остановились у железной двери с золотой печатью – древней, мощной, которая светилась на чёрно-белой картинке камеры, как маяк. Руны вились по поверхности, отталкивая, предупреждая.

Хранилище.

Один из мужчин – тот, что повыше – приложил ладонь к печати. Золотой свет вспыхнул, ослепив камеру на секунду. Руны закружились, заплясали, и дверь медленно открылась с тем величественным скрежетом, который говорил о возрасте и силе.

Они вошли внутрь.

Камеры внутри хранилища не было – логично, магические артефакты и электроника не дружили – но я видела, как они вышли через пару минут.

С ещё одним ящиком.

Квадратным. Обёрнутым тем, что выглядело как бархат цвета ночи. Они несли его так осторожно, будто внутри была атомная бомба или спящий дракон.

Моё Видение пульсировало всё сильнее, резонируя с магией на экране. Виски начали гудеть тупой болью.

– Ещё один артефакт, – пробормотала я, прищурившись.

Потом они вернулись за третьим.

И когда они вынесли его из хранилища, мой мир перевернулся.

Длинный ящик. Узкий. Плоский, словно для меча или…

Клинка.

Металлические замки с гравировкой светились на