Он откинулся назад, задрал мою юбку и сильно шлёпнул меня по заднице. — Мне вообще не следовало бы сейчас тебя трахать, — сказал он, полностью выходя из меня.

— Нет. Нет. Нет, — закричала я, отталкиваясь назад. — Пожалуйста.

Он вошёл так же быстро и резко, как и вышел, и я вскрикнула от ощущения его толщины и шлепка его руки по другой моей ягодице.

— Я должен был заставить тебя умолять об этом, чёрт возьми. Если бы я так сильно по тебе не скучал, я бы так и сделал.

— О боже, — сказала я, чувствуя приближение очередного оргазма.

Он схватил меня за волосы и одновременно ласкал клитор другой рукой.

— Ты заставляешь меня отчаянно нуждаться в тебе, Николь. Я не могу перестать думать о тебе. Мне невыносима мысль о том, что ты с другим мужчиной.

Я ахнула, закатив глаза.

— Ты — единственный, — повторила я, ощущая, как его пальцы всё настойчивее ласкают мой клитор, и осознавая, что готова потерять контроль. — Никогда и ни с кем другим. Клянусь.

— Хорошо, — сказал он, прижимая моё лицо к столешнице, увеличивая темп и начиная яростно меня трахать. Я зажмурила глаза и закричала, когда оргазм наконец пронзил меня, и задохнулась от ощущения того, как он изливается внутри меня тремя медленными, длинными толчками. — Блядь, детка.

— М-м-м, — выдохнула я.

Это было единственное, что я могла сказать.

Через пару секунд он помог мне подняться и притянул к своей груди, обняв за шею.

— Я очень по тебе скучал.

Я посмотрела на него.

— Я тоже тебя люблю.

Он медленно, но широко улыбнулся.

— Знаю.

Я рассмеялась, толкнув его в грудь:

— Знаешь? Это не «Звёздные войны»23.

Он пожал плечами.

— Нет, но я знаю. Думаю, ты влюбилась в меня в последний раз, когда я трахнул тебя в своём кабинете, до того, как ты вышла замуж.

— В этом нет абсолютно никакого смысла, но, допустим, так и было, что заняло у тебя так много времени? — спросила я.

Он немного пригнулся, поднял меня на руки и понёс в свою комнату.

— Я был грёбаным идиотом.

Глава тридцать третья

Виктор

ТО, ЧТО НИКОЛЬ уже два дня подряд спала в моей постели, когда я просыпался, было просто идеально. Я встал и направился в ванную, чтобы почистить зубы, прежде чем надеть шорты для плавания и выйти на улицу. Я не ступал в океан с тех пор, как привез её домой в пятницу вечером, и мне нужно было прояснить мысли перед тем, как отправиться в офис на встречу. Мы говорили, трахались и спорили все выходные, и я не променял бы это ни на какие повышения или деньги в мире. Я выбежал с доской и поймал несколько волн, а на обратном пути улыбнулся, увидев её стоящей на улице с чашкой кофе в руке.

Бонни бегала по моему газону, вероятно, оставляя какашки, но это было нормально.

Я разберусь с собакой позже. По крайней мере, она приучена к туалету. Я расстегнул гидрокостюм и ухмыльнулся, заметив, что Николь облизывает губы, а её взгляд опускается на мою обнажённую грудь. Я не мог перестать улыбаться от уха до уха, чёрт возьми.

Я снял гидрокостюм и закинул его в корзину, которая стояла снаружи, поставил доску и побежал к ней, заключив её в объятия.

— Виктор, ты обожжёшься, — сказала она, смеясь и пытаясь удержать чашку с кофе.

— Уверен, что у тебя там ничего не осталось, — сказал я, заглядывая внутрь, и убедился, что там осталась лишь капля.

— А могло бы быть, — сказала она, когда я отпустил её.

Мой взгляд скользнул вниз, к её белой рубашке, которая теперь была мокрой и всё просвечивала. На ней не было бюстгальтера. Она шлёпнула меня по груди, и мой взгляд тут же метнулся к её глазам.

— Что?

— Прекрати пялиться на мои сиськи.

Я протянул руки и схватил их, играя с её сосками через рубашку. Она застонала.

— Ты хочешь, чтобы я прекратил?

— Нет, — сказала она, задыхаясь, когда я их ущипнул. — Пойдём в дом.

Мы вошли внутрь, сбрасывая одежду, пока не остались полностью обнажёнными. Я прислонил её к стене и начал закрывать раздвижную стеклянную дверь, не отрывая губ от её губ. Она прервала поцелуй и выдохнула:

— Бонни снаружи.

Конечно. Гадящая собака.

— Бонни. Зайди, блядь, в дом, — заорал я.

Николь засмеялась, пока я не пригвоздил её взглядом и не засунул кончик своего члена внутрь неё, и тогда её смех превратился в серию вздохов и причитаний. Это были мои любимые моменты.

— Тебе скоро нужно уходить, — сказала она, простонав, когда я схватил двумя руками её задницу и начал входить в неё.

Блядь. В ней было так хорошо. Она была такой чертовски мокрой. Такой. Охуительно. Мокрой. Я откинул голову назад, увеличивая темп.

— Я знаю.

— Я сейчас кончу. Чёрт. Виктор. Виктор, — выкрикнула она. — Я сейчас... о, боже...

Затем я кончил в неё. Я восстановил дыхание и дал ей время прийти в себя, прежде чем помог ей устоять на ногах.

— Я почти уверена, что нас слышал весь пляж, — сказала она.

— Хорошо.

Она рассмеялась и вернулась на кухню, пока я побежал в свою комнату, а затем в душ. У меня было всего тридцать пять минут, чтобы добраться до работы. Чёрт.

Я заканчивал завязывать галстук, когда Николь вошла в комнату.

— Я принесла тебе кофе. У тебя есть время перекусить?

Я оглянулся через плечо на часы, стоявшие на тумбочке. Восемнадцать минут.

— Нет. Попрошу Коринн захватить что-нибудь по дороге.

— Ты выглядишь сексуально.

— Спасибо.

— Очень сексуально, — сказала она, понизив голос.

Я закрыл глаза.

— Это может стать проблемой, — сказал я, глядя на неё.

— Что?

— Мне нужно идти на работу, а я хочу остаться дома, чтобы трахнуть тебя.

Она улыбнулась, смотря на пол между нами. Я подошёл к ней и приподнял её подбородок.

— Что бы ни случилось сегодня, я люблю тебя. Это не изменится, и я также хочу, чтобы ты всегда была рядом со мной, это желание также неизменно.

Она сглотнула и посмотрела на меня.

— Я собираюсь попросить Маркуса забрать меня. Мне, наверное, стоит пожить у себя