Лина застыла как завороженная, не сводя глаз с настенных световых прямоугольников. Эти освещенные проемы, казалось, подсказывали ответ. Да только далеко — трудно разобрать подсказку. Она не то что чужие окна — себя услышать не может. Оглохла. А в глухоте своей забыла простейшую истину: без силы нет жизни и не может быть любви. Только вот сила эта должна быть мудрой — чтобы понимать, верить и ждать.

Звонки разорвали рассветную тишину разом и повсюду. Как будто в мире не осталось других звуков, кроме зовущей трели.

— Кто?

— Я!

Она распахнула дверь. На пороге стоял Олег. Левая рука нажимала черную кнопку вверху, правая держала у уха серую трубку.