— Да… но…

— Но что?

Абби отложила письмо и устроилась поудобнее рядом с Хью.

— Когда Джордж попал в беду, мы все стали как-то ближе друг другу. А посмотрите на нас теперь! Ничего не изменилось. Мы такие же, какими были всегда.

— Я и не хочу, чтобы ты менялась, — заверил ее Хью. — А ты разве хотела бы видеть меня другим?

— Нет. Я хочу, чтобы мы вечно любили друг друга и заботились друг о друге.

— Так и будет, любимая. То, что произошло, сблизило нас, и это единственное, что имеет значение.

И они снова занялись любовью.

Потом, положив голову ему на плечо, Абби спросила вдруг:

— Интересно, будешь ли ты любить меня так же, когда я стану толстой и неуклюжей, ожидая нашего ребенка?

— А как ты думаешь? — поддразнил ее Хью.

— Я думаю, что для умного человека ты бываешь иногда удивительно непонятлив. Дай-ка мне руку.

Абби положила его ладонь на свой плоский живот. Взгляд Хью затуманился, рука вдруг едва заметно задрожала. Абби не требовалось слов. Она прочла все в его глазах. Все, на что надеялась, и много-много больше.

Впрочем, слова тоже не заставили себя ждать.