— Ты просто несносен, Майлз! — простонала Виктория. — Твоему первенцу всего лишь три часа от роду, а ты уже мечтаешь о втором ребенке.

— Ну и что? — Майлз игриво погладил ее по руке. — Я же говорил тебе, что люблю детей. — Он легонько поцеловал жену в губы и добавил: — Кроме того, я очень люблю маму моего первенца.

Виктория посмотрела на мужа и усмехнулась.

— Что ж, если ты так ставишь вопрос, обещаю подумать над твоим предложением. Но для того чтобы зачать второго ребенка так, как это принято в Англии, нам, возможно, придется несколько изменить свои привычки: мы будем заниматься любовью по субботам — с одиннадцати до одиннадцати двадцати вечера.

— Что такое?

Виктория широко зевнула.

— Ты знаешь, на кого я намекаю. На Тома и Мери Энн Паркс. Помнишь их?

Она передала мужу задремавшее дитя и, погружаясь в сон, пробормотала:

— Но если ты будешь вести себя хорошо, мы будем заниматься этим утром по вторникам, днем по понедельникам, в пятницу после обеда и… — Виктория вздохнула, пролепетала что-то невразумительное и крепко уснула.

Майлз уложил ребенка рядом с матерью и задул лампу.

— В любое время, когда захочешь, женушка, в любое время, — прошептал он.

Поднявшись с кровати, он потянулся всем телом, рассмеялся и добавил:

— Разумеется, и по субботам тоже. И даже в указанное тобой время — с одиннадцати до одиннадцати двадцати вечера.