class="p1">— Она что, до машины не дойдёт? — раздражённо спросил он и первый пошёл к его чёрной ласточке. Его “мазерати” — единственная роскошь, которую он лично себе позволил. — На. Пей — из фляжки он наливает тёмную горькую жидкость — французский коньяк-и подаёт парню крышку от термоса, прекрасно заменяющуюю чашку.

— Нет, я не пью. — парень отскакивает и это стало последней каплей для психики мужчины. Он хватает кудрявого за рубашку, которую он и так неплохо помял, и, дёрнув на себя, с применением силы заставляет того проглотить алкоголь. На этом моменте их и застаёт их его дочь, у которой глаза были какие-то подозрительно красные. Он помнил, что у малышки аллергия на слёзы, но почему она плакала? Разберётся, но не сейчас.

— Лучше? — бросает в сторону парня, у которого значительно помутнели зрачки. Он сперва мотает, потом кивает, тем самым немного удивляя. — Прекрасно. В машину.

* * *

— Папа, почему Игорь так странно…смотрит? — немного погодя, уже на половине дороги, спросила Екатерина, но отвлекаться от руля нельзя.

— Как же?

— Как…эээ… — она точно пыталась оценить его взгляд, из-за чего мужчина слегка улыбнулся. — он смотрит в одну точку, не мигая, лёжа на кресле и похоже, не дышит.

— Чтооо?! — резкий удар по тормозам.

Машина делает резкий поворот, из-за приличного слоя льда мазерати заносит. Слышен крик кого-то с тротуара. Противный скрип тормозов и железа. Последнее, что помнил Сергей Леонидович-он не осознавая наклонился назад, в проём между сидениями, сопротивляясь всем законам физики, и прижал голову дочери к спинке его сидения.

Удар. Звон стёкл. Что-то явно впилось ему в тело. Боль, но какая-то приглушённая. Сильный удар сердца. Такой же удар о что-то пластмассовое носом. Боль. Сырость. Крик. Не его. Новый. Его тихий шёпот ” я с тобой “. Темнота.