В самом конце поездки я заметил окурок, подпрыгивающий и вертящийся у самой гребенки, под которой исчезали ступеньки. Я сошел с эскалатора, обернулся и еще несколько секунд смотрел на окурок. Его движения были ускоренным вариантом вращения банок с майонезом, арахисовым или оливковым маслом, апельсиновым соком или супом в самом конце ленты транспортера в супермаркете, чьи этикетки поворачивались снова и снова – «Хеллманз»! «Хеллманз»! «Хеллманз»! – в детстве я очень любил это зрелище. Я взглянул вниз, на гигантский серебристый глетчер вестибюля. У подножия эскалатора стоял уборщик. Я помахал ему. Он на секунду вскинул свою белую тряпку, а потом снова прижал ее к резиновому поручню.