Молчит.

Он влюбился в Даяну…

Потом…

Молчит.

А потом

Родились близнецы, одного из которых…

Меня…

Оскорбленная Бездна…

Похитила и вырастила чудовищем…

Страшным нелепым чудовищем, уничтожившим собственных родителей и брата!..

………………………………………………………………

………………………………………………………………

Далеко уже за полночь, поставив точку в монологе Кира, я выключил компьютер, и мы с черным пуделем Мао отправились прогуляться. Обойдя Новодевичий монастырь, мы спустились к пруду, где я отпустил моего паренька с поводка, а сам неспешно побрел вдоль прибрежных плакучих ив. В темной воде томно покачивались слепящие глаз отражения ажурных зубцов крепостных стен и будто парящей над ними надвратной Преображенской церкви. Где-то в ночи верещали кузнечики и квакали лягушки. Среди этой благости и красоты, как бывает, мало-помалу все горести мира стали казаться ненастоящими, а будущее – светлым и радостным.

«Все будет хорошо!» – почти в унисон моему предчувствию прокричала какая-то птица, и следом же сверху к моим ногам что-то плавно спланировало. Не успел я нагнуться, как Мао схватил это «что-то» и принялся грызть и рвать лапами. На все мои просьбы отдать неопознанный объект черный пудель только ощеривался и рычал. Вернувшись домой и сложив обрывки салфетки, я обнаружил на ней профиль Ленина и надпись, кричащую запекшейся кровью среди загадочных цифр: «Все золото мира, Кир, ничто без любви!»

Чудеса!..