душе энту мерзоту, шоб насиловать и убивать. Зовите как хотите, но у нас энто испокон веку объясняли его влиянием, влиянием Речника.

Лори кивнула.

– Но он реальный человек, из плоти и крови?

– Об этом, верно, знают только те остолопы, что ходили к нему. Приглашенные к Речнику в гости – точно как ваш дружок пригласил вас. Так оно и работает, как письмо счастья, как костяшки домино. Человек получает от Речника все, что хочет, а потом присылает кого-то другого, с кем можно заключить сделку. Верно, ваш дружок вас выбрал.

Лори закрыла глаза. Ее пальцы онемели. Уже совсем стемнело. Ночь наступила почти незаметно, и от этого она чувствовала себя как-то меньше, слабее.

– А вещица? – спросила она.

– Именно так Речник узнает, шо вы без дураков. Коли вас к нему прислали, то с пустыми руками никак нельзя. Приносите шо-то особенное, какое-то доказательство, шо вы подходите для заключения сделки. И чаще всего важна не сама вещица, а то, как вы ее добыли.

Перед внутренним взором Лори всплыл гниющий труп. Она с отвращением отогнала образ.

– Мне кажется, это все какое-то безумие. Ну, то есть зачем бы моему другу посылать меня за какой-то сказкой братьев Гримм? Бред это, полный бред.

– Черт, я ж так и подумал, услышав ваш рассказ. Говорю ж, ваш дружок небось с головой не дружит, верно? Кто он вообще такой?

Лори задумалась. Узнает Базз имя или эти горцы толком друг с другом не разговаривают? Эдмунд сказал, хижина принадлежала семье Кокс несколько поколений, а Базз прожил здесь бо́льшую часть своей жизни. Скорее всего, он знал, кто такой Эдмунд и какие ужасы он творил, в том числе и на берегу этой реки.

– Его зовут Эдди, – сказала она почти правду. Эдмунд никогда себя так не называл.

Но она по глазам увидела, что Базз все понял. Он распахнул рот, и теперь табак грозил выплеснуться наружу тошнотной черной массой.

– В энтих краях за все время токмо один Эд бывал. И я, черт возьми, надеюсь, что он не ваш дружок.

Надо было солгать, Лори это понимала. Но отчасти ей хотелось, чтобы Базз узнал все. Она испытывала почти физическую потребность похвастаться особой связью со знаменитостью. Оставалось только надеяться, что Базз не выгонит их под ливень за знакомство с местным серийным убийцей.

– Только не говорите, шо имеете в виду Эдмунда Кокса, – сказал он.

Она колебалась, не в силах признаться. До этого Лори никогда не видела, как бледнеют чернокожие. Лицо Базза вдруг стало пепельно-серым, как у мертвеца, потрясенного собственной смертью. Он с усилием поднялся из кресла и подошел к окну, облокотившись на подоконник. Сплюнул в плевательницу, стоявшую у вешалки.

– Как? – спросил он.

– Что «как»?

– Как можно дружить с эдакой мразью? Будто не знаете, шо он натворил.

– Я знаю. – Лори вздохнула.

– И до сих пор называете его другом?

Она помолчала.

– Да. Он… мой друг.

– Он близкий друг Сестрены, – сказала Эбби. Она повернулась на диване, ее глаза лихорадочно заблестели. – Когда-нибудь она выйдет за него, и я стану самой важной подружкой.

Базз повернулся к сестрам. Лори была уверена, что он сейчас скажет: «Убирайтесь вон из моего дома и никогда не возвращайтесь». Но он просто с недоумением покачал головой и подошел к кухонному шкафчику. Открыл, достал бутылку виски:

– Тут без пол-литра не разберешься…

Сняв крышку, Базз отхлебнул прямо из бутылки. Открыл коробку, достал какой-то контейнер и поставил на стойку. Лори вдруг замутило, она живо представила, что он может хранить там неопровержимые доказательства преступлений Эдмунда. Но, увидев, что это всего лишь кукурузная каша, выдохнула.

– Сдается мне, пора подкрепиться, – пробормотал он.

Лори подошла к нему. Базз тут же попятился.

– Простите, что шокировала вас, – сказала она, не зная, как все объяснить. – На самом деле я не собираюсь за него выходить. Эбби просто любит меня дразнить. Просто…

– Оно и верно. Кокс искал встречи с Речником. То самое и творил, шо и все, кто сделку с ним заключил. Не первый душегуб в Бийце, но хужей его днем с огнем не сыщешь. Боже, этот поток нескончаем.

– Вы говорите это не первый раз. Что значит «этот поток нескончаем»?

Базз засыпал в кастрюльку мамалыгу.

– Вы не первые, кто сюда пришел, пушо им это поручили. То ж самое случилось и с моей бедной матушкой. Коли порок у мужика в крови, он найдет Речника и любимую за собой утащит.

Лори вдруг ощутила прилив тепла. Любимую…

Эбби снова захрапела на диване. Лори решила пока не будить ее к ужину. Базз выложил на сковородку яйца и достал бекон. От скворчащей еды в животе у Лори заурчало. Голод накатил со страшной силой: путешествие все-таки отняло немало сил.

– У него есть имя? У Речника?

– Не, он просто Речник.

– А ваш отец? – заставила себя спросить Лори. – Он тоже искал встречи с Речником?

Базз уставился на сковородку так, словно рассматривал себя в зеркале.

Лори подумала, что, возможно, перебарщивает с вопросами.

– Агась, – только и сказал он.

Лори решила ничего больше не выпытывать.

Глава 13

Она никак не могла собраться с духом и попросить парня лишить ее девственности.

Лори была слишком застенчивой и абсолютно закрепощенной в сексуальном смысле. Именно поэтому ей надо было расстаться с девственностью сейчас, хотя одна мысль об этом вызывала панику и тошноту. Если она собирается стать королевой секса, ей нужен опыт. А если собирается завести парня, надо научиться трахаться как следует. Ведь все парни этого хотят. Даже такие милаши, как Дэвид.

Лори сидела на кровати, прижав колени к груди, и смотрела во двор. По стеклу струились капли дождя. Летом во второй половине дня регулярно случались грозы – чуть ли не единственное, что ей нравилось в это время года. Летом все как будто подчеркивало, какая она неудачница. Лори не сплавлялась по реке, как ровесники, не ходила на ночные тусовки, где выступали местные панки и куда ребята каким-то образом умудрялись пронести бухло. У нее было мало подруг, и все сплошь такие же заучки, как она. Простые, как три копейки, предпочитающие озерным тусовкам работу над школьным альбомом. Лори же хотела быть похожей на старшеклассниц, ходить в мини-топике и коротких шортиках, обнимать со спины мальчиков-байкеров. Хотела круто сжимать в зубах сигарету и носить сексуальную джинсовую юбку. Но она не могла себе такого позволить. Не могла просто взять и воплотить свои желания в жизнь. Над этим надо было работать. Как и над всем в жизни.

Лори закрыла дневник: слова закончились, она больше не могла