за малым, нужно лишь купить шприц в аптеке в двух домах отсюда. Убрав всё по своим местам, я вышел из склада химической лаборатории.

– Андрей Александрович, добрый день! – поздоровался один из сотрудников, появившийся в лаборатории раньше остальных.

– Добрый день! Я сегодня ненадолго, поэтому если у Вас есть какие-либо вопросы, то лучше обсудить их сейчас.

– У меня вопросов нет, работаем по плану. А Вы правильность учёта реактивов проверяли?

– Смотрел, соблюдаете ли вы порядок на складе, только и всего. Чтобы проверить правильность учёта, нужно целый день потратить, и этим мы займёмся, как обычно, перед новогодними праздниками. До встречи! – я вышел из лаборатории и пошёл в сторону лифта.

Аптека была в ста метрах от выхода из офиса, и когда я вышел, то пристально осмотрелся по сторонам. Проходя мимо ресторана, который был с противоположной стороны дороги, попытался разглядеть сквозь остекление Михаила, сидящего внутри, но отблески с улицы помешали это сделать. Я ускорил шаг и через минуту уже стоял в очереди за шприцом, отстояв которую, купил, в итоге, два шприца по пять кубиков каждый и бутылку питьевой воды. С некоторым облегчением от того, что уже в ближайшие пару минут я буду вооружён против Михаила, я прошёл к ресторану.

Войдя внутрь, я ко всеобщему удивлению персонала, каждый из которого знал меня в лицо и то, что я обычно заказываю бизнес-ланч, заказал порцию свиного шашлыка с аджикой. Раз уж я потенциально могу быть убить в ближайшие дни, а, может быть, даже и сегодня, то почему бы не поесть вредную, но такую вкусную еду? На улице начинал накрапывать дождь – к вечеру обещали грозу. Михаила внутри не было, но меня не покидало предчувствие того, что он может появиться с минуты на минуту, поэтому я сразу прошёл в уборную, чтобы к его приходу быть во всеоружии. Войдя в туалет, я запер за собой дверь и выложил на раковину пачку сигарет и бутылку воды. Открыв пачку, я постарался прикинуть, сколько соли удалось второпях пересыпать – грамм десять, более чем достаточно. Для взрослого мужика смертельная доза около шестисот миллиграм таллия. Значит, необходимо около одного грамма нитрата. Я достал смартфон из кармана и посмотрел в интернете объём пластиковой пробки от бутыли: оказалось, что около шести миллилитров. Супер! Я аккуратно перелил воду в пробку и засыпал туда из сигаретной пачки белый порошок. Растворимость у нитрата таллия(I) в воде практически неограниченная, что свидетельствовало о том, что в один шприц должно было поместиться несколько смертельных доз. Набрав таким образом оба шприца, по четыре миллилитра концентрированного раствора в каждый, я закрыл иглы колпачком и убрал в карман пиджака, после чего выкинул в мусорный бак, стоящий рядом с унитазом, бутыль воды, пачку сигарет и бумажные полотенца, которыми протёр раковину. Дело было сделано, и если Михаил появится, то остаётся лишь при возникновении удобного момента вколоть ему содержимое хотя бы одного шприца. Если не получится с первой попытки, то есть запасной, так что всё должно получится. Пока он будет выяснять, что я ему вколол, чтобы найти противоядие, он уже скончается и не будет представлять для меня опасности.

Я сел за столик в углу и начал ждать. Вокруг сидели ничего не подозревающие люди всех возрастов: студенты, прогуливающие пары, сотрудники нашей компании, пожилая пара, молодая пара, держащаяся за руки, – некоторых я видел впервые, но многих уже видел здесь раньше. Удивительно то, насколько они спокойны, ведь по факту, радом с ними сидит человек, который может убить их на месте прямо сейчас. Когда я был студентом, то ходил в тренажёрный зал с мыслью о том, что рано или поздно стану мускулистым и смогу за себя постоять в непредвиденных ситуациях. Как же это было наивно… Сашу, здоровенного мужика, убил обычный парень, вогнав ему гвоздь в лоб, а я, совершенно не отличаясь от многих физическими данными, собственноручно убил шестерых человек, последнего из которых, вчера. Люди живут в мире, в котором их могут прикончить в любой момент, но они не беспокоятся об этом, живя иллюзией благоразумия окружающих их людей. Возможно, многие полагают, что из защитит полиция, но как она их защитит, если я прямо сейчас достану шприц и вколю кому-либо его содержимое? Никак не защитит. Благоразумие – основа безопасности и спокойствия, а сумасшествие – источник опасности для любого человека. Именно поэтому я и сижу здесь: Михаил – психопат, и он должен быть устранён до тех пор, пока снова кто-нибудь не пострадал. Убить его будет легко. Так же легко, как и любого другого человека. Задушить, перерезать какую-нибудь артерию, отравить – нет ничего проще. Сложнее будет остаться после убийства безнаказанным и живым, но какое это имеет отношение ко мне, если моя цель не в том, чтобы остаться живым, а в том, чтобы любой ценой избавить мир от очередного психопата? Если мне удастся убежать от него до того, как он убьёт меня на месте сразу после инъекции, то это будет, скорее, приятным бонусом, нежели целью как таковой. Всё будет просто…

Шашлык принесли через полчаса, и я его с большим удовольствием съел. Просидев ещё полчаса после того, как всё доел, я заказал десерт и двойную порцию эспрессо и вытащил из сумки ноутбук, попытавшись заняться не очень важной рутинной работой, чтобы скоротать время. Михаил так и не появился вплоть до шести часов вечера, поэтому я решил ехать домой, так как сегодня ожидать его уже не имело смысла. Когда я подъехал к дому, дождь уже начинал накрапывать, и я заходил в подъезд с букетом цветов, который по пути купил для Леры. Беспокойство по поводу встречи с Михаилом уступило место радостному воодушевлению о того, что я смогу приготовить что-нибудь вкусное к приходу своей женщины, которая должна была прийти не ранее, чем через полчаса. Однако, подойдя к незапертой входной двери своей квартиры, я обнаружил, что Лера уже дома… Так я тогда предположил.

– Заходите, Андрей Александрович, не стесняйтесь! – раздался мужской голос, от которого по всему телу пробежали мурашки. Михаил сидел на стуле в гостиной напротив дивана и указал мне жестом руки на то, чтобы я проследовал к нему. Я не верил своим глазам. Что за чёрт?! Как он попал внутрь?! Боже, хорошо, что Леры дома не было!

– Присядьте, пожалуйста, на диван! – продолжил он.

Кожей груди я убедился в том, что оба шприца, наполненные многократной смертельной дозой нитрата таллия(I), лежат во внутреннем кармане пиджака, и медленно прошёл