День третий

Свет утреннего солнца пробивался сквозь пыльные окна, освещая старые деревянные балки деревенского дома. Молодой человек, вымокший с головы до ног, потянул на себя кроваво-красную дверь и вошел в дом, оставляя за собой лужи грязи и тины.

Старушка, с лицом, изрезанным морщинами, сидела за столом, накрытым скатертью, которая, казалось, помнила лучшие времена. Ее губы растянулись в широкой улыбке, а глаза засияли от радости долгожданной встречи.

– Переоденься и садись за стол, сыночек! Изголодался за столько лет! – произнесла она, и в ее голосе звучала нотка безумия.

На печи кипел котелок, из которого торчала женская нога, грубо отрубленная в коленном суставе. Запах, исходящий от него, был настолько сильным, что казалось, он мог задушить.

Юноша, улыбаясь, раскрыл рот, и его гнилые, желтые зубы, похожие на острые осколки разбитого стекла, сверкнули в тусклом свете.