Актриса пристально смотрела на него. Ее глаза закрывала пелена, но они еще сохранили тот фиалковый оттенок, благодаря которому казались такими пленительными. Она двинулась вперед, склонив голову набок и щелкая зубами в предвкушении – уже совсем не красивая, но ведь всякой красоте рано или поздно суждено померкнуть. Разве мог Оуэн судить о таких вещах? Ведь была еще красота жизни и спокойствие смерти, а он сейчас находился на той жуткой нейтральной полосе, что пролегла между ними.

Оуэн поднялся, отряхнул пыль с пиджака и протянул вперед руку.

– Потанцуем, мисс Тейлор?

И позволил ей заключить себя в холодные объятия.