Любопытно, что такое же решение было принято специалистами КБ Челомея при разработке транспортного корабля снабжения (ТКС) для орбитальной станции. Помимо всего прочего, для обеспечения возвращения с более высокой орбиты сам щит был увеличен в диаметре. Для проверки того, как поведет себя защитный экран с установленным в нем люком, спускаемый аппарат корабля «Джемини–2» был доработан и испытан 3 ноября 1966 г. Помимо решения проблем с теплозащитным экраном пришлось перекомпоновать кабину экипажа, не только установив в нее дополнительные приборы, но и высвободив место для установки переходного туннеля между креслами астронавтов.

Другим отличием был отказ от чисто кислородной атмосферы на корабле. На старте, находясь в скафандрах, астронавты дышали кислородом, но сама кабина была заполнена гелием. Во время полёта к станции атмосфера корабля приводилась к атмосфере, идентичной по составу кислородно-гелиевой атмосфере станции MOL.

Еще одно отличие состояло в отсутствии на «Джемини-Би» установленной на базовых кораблях системы OAMS (Orbital Attitude Maneuvering System), и её замене на 6 двигателей реактивной системы управления (RCS), расположенных спереди корабля. Таким образом, они решали сразу две задачи: выдачу тормозного импульса для схода с орбиты и отвод капсулы от ракеты-носителя в случае аварии на этапе выведения.

Важным отличием новой модели корабля явился увеличенный ресурс. Так, кораблю предстояло провести 30 дней на орбите в составе комплекса. Обратной стороной этого решения стало то, что после отстыковки от станции корабль мог совершать автономный полёт в течение всего 14 часов.

Изменена была также и приборная панель управления, в основном в связи с необходимостью установки дополнительного индикаторного оборудования.

В марте 1966 г. на ракетной базе Ванденберг Западного испытательного полигона началось строительство стартовой площадки № 6 для ракеты «Титан-IIIC», которая должна была вывести станцию на орбиту.

В феврале 1967 г. был определен основной подрядчик по изготовлению станции – фирма «Дуглас». В то же время НАСА передало ВВС капсулу «Джемини–6» и другое оборудование для подготовки будущих экипажей MOL.

В составе ВВС США уже имелся отряд астронавтов, которые должны были летать на MOL. В первый набор вошли кадровые пилоты: Майкл Адамс, Альберт Круз, Ричард Лойер, Лэклан Макли, Френсис Нейбек, Джеймс Тейлор, Ричард Трули, Джон Финли. Из них только Ричард Трули летал в космос – он стал 105-м человеком, побывавшим на орбите.

Единственный старт по программе MOL состоялся 3 ноября 1966 г. В этот день ракета-носитель «Титан-IIIC», стартовавшая с мыса Канаверал, вывела на орбиту макет станции, представлявший собой пустой топливный бак от ракеты «Титан-II». К баку был пристыкован спускаемый аппарат «Джемини-В» (модернизированный вариант «Джемини–2»). Кроме того, там же находилось три малых ИСЗ связи OV–4–1Т, ОV–4–1K и OV–1–6. Общий вес этих аппаратов составлял 9160 кг.

На высоте 160 км «Джемини» отделился от третьей ступени «Титана-IIIС», вошел в атмосферу и благополучно приводнился на парашюте.

После этого третья ступень ракеты-носителя включалась ещё дважды, и она вышла на орбиту, где произошло разделение полезной нагрузки.

Макет MOL вышел на орбиту, близкую к круговой, с параметрами: апогей – 305 км, перигей – 298 км, угол наклонения орбиты – 32,8°, период обращения – 90,4 минуты. Три малых спутника были выведены на близкие орбиты.

До сих пор неизвестно, было ли установлено на макете спутника MOL какое-либо штатное оборудование. На орбите он пробыл до 1 сентября 1967 г., а затем вошел в плотные слои атмосферы и разрушился. В целом эксперимент прошел успешно и показал готовность к будущим полётам.

К началу 1969 г. был составлен следующий план полётов:

Тем не менее сроки сдвигались, стоимость проекта возрастала, и, главное, уже были получены отличные результаты при использовании разведывательных спутников «Корона». И 10 июня 1969 г. президент США Ричард Никсон принял решение о закрытии программы MOL. На проведение работ было потрачено около 30 млн долларов, а стоимость всей программы в момент закрытия оценивалась в 2,2 млрд долларов (при изначальной цене в 1,5 млрд).

Оставшееся от станции оборудование было передано в музеи: наряду со спускаемым аппаратом «Джемини–2», находящимся в Космическом музее ВВС, в Аэрокосмическом музее Сан-Диего установили макет (в ⅟30 величины) станции в её финальной конфигурации.

Частично оборудование, изготовленное для станции, было использовано в других программах, в том числе на спутниках оптической разведки серии «Key Hole» («Замочная скважина»).

Четырнадцать действующих астронавтов отряда MOL остались без работы. Семеро из них перешли на работу в НАСА, составив так называемый 7-го набор НАСА. У остальных возраст для перехода в отряд НАСА был выше допустимого, и они продолжили службу на лётных должностях в ВВС США.

Глава 2

Пилотируемые военные космические аппараты на базе «Союза»

Началом работ над военным пилотируемым космическим аппаратом «Союз-Р» стала дата 12 сентября 1962 г. В этот день стали разрабатывать новый противоспутниковый проект. Он была рассчитана на поражение цели не ядерной боевой частью, а за счёт прямого попадания противоспутниковой ракеты во вражеский космический аппарат. Оперативность же её использования достигалась за счёт самолётного базирования. Но об этом я расскажу ниже.

24 декабря 1962 г. С.П. Королев подписал документ, предусматривавший создание на базе корабля 7К две его модификации: орбитальный корабль-перехватчик «Союз-П» и корабль для ведения разведки из космоса «Союз-Р». ВВС и РВСН поддержали такой расширенный вариант «Союза».

Однако сам Королев предпочитал работать на ТАСС и, оставив в своем ОКБ–1 работы по основной теме 7К, сначала предложил прикладные военные проекты «Союз-Р» и «Союз-П» В.Н. Челомею, а после его отказа отдал их в 1963 г. – в свой филиал № 3 в Куйбышеве (впоследствии ЦСКБ). Ранее туда были переданы спутники-разведчики «Зенит–2» (корабль 2К) и «Зенит–4» (корабль 4К), а также все работы по Р–7. Туда же он передал разгонный блок 9К и корабль-танкер 11К комплекса «Союз», воспользовавшись постановлением Совмина от 3 декабря 1963 г. Филиалом № 3 ОКБ–1 руководил один из заместителей Королева Дмитрий Ильич Козлов. ЦСКБ немедленно приступило к работам по теме «Союз».

Первоначально предполагалось, что «Союз-П» будет обеспечивать сближение корабля с вражеским космическим объектом, выход космонавтов в открытый космос с целью обследования объекта. Затем, в зависимости от результатов инспекции, космонавты либо выведут объект из строя путем механического воздействия, либо снимут его с орбиты, поместив в контейнер корабля.

По здравому размышлению от такого сложного технически и опасного для космонавтов проекта отказались. В то время практически все советские спутники снабжались аварийной системой подрыва, с помощью которой можно было уничтожить любой свой спутник, чтобы он не попал в руки противника. Адекватных действий ожидали и от потенциального противника, поэтому резонно заключили, что при таком варианте космонавты могли бы стать жертвами мин-ловушек. От инспекции в таком виде отказались, но сам