Нас подняли высоко, на самую последнюю станцию подъёмника. Внизу под нами парили гордые орлы вперемежку с не менеее гордыми парапланеристами, где-то ещё ниже смутно угадывались домики и наш отельчик… Подъехала «пилюля», и нас (идиотов!) пригласили занимать «места согласно билетов». Меня как личного «бодигарда» вместе с Фарадой вселили вовнутрь, где уже вовсю хлопотал «водила», а остальных… ПРИВЯЗАЛИ СНАРУЖИ. Со стороны они напоминали живой пояс шахида-аматора и своим нарочитым весельем явно выдавали нехилый мандраж и поздно пришедшее понимание предстоящего ужаса. И он-таки настал! Мотор взревел, и мы с фанатизмом сошедшего с ума лихача стали утюжить горные склоны. «Тарелка» то взлетала под углом в 45 градусов на кручи, то неслась к краю пропасти, где и зависала, покачиваясь (!) и распугивая парящих НИЖЕ нас орлов. Джигиты радостно гоготали, «отпивая» свою порцию адреналина, а мы с Сэмэном… ну что вам сказать?! Таким Сеню, готов поклясться, не видел НИКТО и НИКОГДА! Судя по его остановившемуся взгляду, можно было без труда догадаться, что Сеня в эти минуты пребывает в некоем кинозале, где внимательно отсматривает ВСЮ свою жизнь, не забывая при этом клясть и тот день, когда он «подписался» на Кавказ, и собственную интуицию, что не сработала, когда сдуру попёрся с нами — …удаками на клятую «тарелочку», и шальных местных хлопцев, которым угробиться с этого склона, как два пальца об асфальт. Общим у меня с Сеней и нашими страдальцами, привязанными снаружи, было лишь… трогательное прощание с родичами, детьми, друганами, любовницами и прочим «антуражем», оставшимся далеко внизу в предыдущей Жизни.

…Сколько нас мурыжили джигиты по пропастям, сказать сложно. Было ощущение, что — вечность. И то, что мы наконец остановились под общий выдох «…твою мать!!!», показалось мне какой-то «нереаловкой», каким-то исключением из правил, когда единственным финалом должно было стать превращение всей нашей компашки — в котлету, в фарш, в сплошное «тарантино».

…Сеня выглядел ещё тише и спокойнее, чем обычно, и это его спокойствие напоминало спокойствие отмороженной ноги, когда ничего не болит, не беспокоит, да и ноги уже как таковой, собственно, и НЕТ… Тихо вылез из «чрева» тарелочки, тихо отошёл в сторонку и тихо стал пи>сать на укатанный до блеска склон… Остальные так же тихо присоединились…

А вечером вся гоп-компания, как по команде, упилась.

C Радмилой Караклаич. Киев, 1970-е гг.

С Натальей Варлей. 1980-е гг.

С Паулсом и Леонтьевым. 1980-е гг.

Интервью у Паулса. 1980-е гг.

С Катей Семёновой

В студии с Караченцовым. 1980—1990-е гг.

Цирк возвращается (с Олегом Поповым). 1982 г.

С А. Масляковым на детском фестивале. Крым, 1980-е гг.

На записи диска «Дорога к Пушкину». Франция, 1994 г.

Гастроли с Караченцовым. Чикаго.

Аккомпанирую Анатолию Кузнецову

С Ларисой Удовиченко

С Барбарой Брыльской. 2010 г.

В жюри с Б. Брыльской и А. Заворотнюк. Шоу «Народная звезда», 2010 г.

С Лайзой Минелли

С Игорем Дмитриевым на фестивале «Бархатный сезон»

С Давидом Черкасским и Евгением Паперным