Несколько секунд она молчала. Затем из груди ее вырвалось рыдание, и она прошептала:

– Наверное, мама была права.

– В чем? – не удержалась я от вопроса.

Офицер Хили бросил на меня предостерегающий взгляд; ясно было, что он вот-вот прервет наш разговор. Жасмин снова судорожно втянула в себя воздух, а затем ответила почти шепотом:

– Когда говорила, что я слишком похожа на отца. Что лучше бы я не появлялась на свет. Что без меня мир был бы лучше.

Я промолчала. Не знала, что на это возразить, – да, честно говоря, и утешать ее совсем не хотелось.

– Где труп? – вступил офицер Родригес. – Где Диана?

Жасмин молча покачала головой.

– Найдем, – сказал офицер Хили. – Понятно, что машину с подъемником ты арендовала неспроста. На видео из «Уолмарта» покупаешь здоровенный чемодан и краску для волос. Ясное дело, положила тело в чемодан и где-то спрятала. Ничего, рано или поздно найдем и похороним по-человечески.

– Ее убил Трент! Вы увидите! Там его ключ и носовой платок! – выпалила Жасмин.

– Где? – спросил офицер Хили, но она снова лишь покачала головой.

– Ладно, Жасмин, пора надевать наручники, – сказал офицер Родригес.

– О не-е-е-ет… – опять простонала она, но никто не обратил на это внимания.

Жасмин бросила последний взгляд на бирюзовый домик на пляже. Всхлипнула, когда наручник защелкнулся на ее левом запястье. А когда второй наручник обхватил правую руку, прошептала так тихо, что слышала только я:

– Прощай, мой милый дом!

И закрыла глаза.

Жасмин не знала, что и мне теперь со многим пришлось распрощаться. После того, как мой обман стал всем известен, я уволилась с Третьего канала сама, не дожидаясь решения Дейва. Знала, что ему будет трудно принять такое решение – ведь он всегда мне симпатизировал, – и предпочла облегчить ему жизнь, а себе сохранить остатки достоинства. Вернуться на прежнее место после такой громкой истории было невозможно. Сейчас мои обязанности исполнял Брюс, и начальство уже принялось искать мне постоянную замену.

Обернувшись взглянуть на океан, я задумалась о своем будущем, теперь таком неясном. Я понятия не имела, чем стану заниматься дальше, чем буду зарабатывать на жизнь. Одно знала точно: из своих сбережений назначу для молодых актеров и актрис стипендию имени Дианы. Это самое меньшее, что я могу для нее сделать. Жасмин отобрала у меня немало, но, к счастью, ни к депозитным счетам, ни к пенсионным накоплениям у нее не было доступа.

Глядя в бескрайний темный океан, я прошептала:

– Прости, Диана. Прости! Я бы все отдала за то, чтобы отмотать время назад!

Эпилог. Стефани

Шесть месяцев спустя

Можно ли написать увлекательный пресс-релиз о молочных напитках с вкусовыми наполнителями? Если честно, не знаю. Но именно такую задачу поставила перед нами Ассоциация молочных продуктов Среднего Запада. На ежегодной ярмарке штата Висконсин ассоциация представляла молоко с новым вкусом мятной карамели, и мне поручили описать это событие для журналистов. Я все еще не привыкла находиться на другом конце цепочки связей с прессой. Вместо того, чтобы каждый день получать сотни пресс-релизов, теперь я их рассылаю в надежде привлечь взгляд какого-нибудь руководителя отдела новостей, который отправит к нам репортера или фотокорреспондента.

С тяжелым вздохом я задумалась о заголовке, который сразу привлечет внимание местных телеканалов. Сейчас на экране красовалось: «Просто как мычание: новое молоко на ярмарке штата!» – но этот вариант меня решительно не устраивал. Откинувшись в кресле, я смотрела в потолок и пыталась выжать из себя какой-нибудь остроумный каламбур на молочную тему, когда на столе зазвонил телефон.

– Стефани, вас хочет видеть мистер Маккарти, – сообщила из приемной Джулия.

Мистер Маккарти? Кто бы это мог быть? Я перебрала в памяти людей, с которыми общалась в последнее время по разным проектам. В нашу небольшую пиар-компанию мог обратиться любой, кто хотел продвинуть свои товары или услуги. Возможно, мистер Маккарти из «Сосискомобиля», еще одного проекта, над которым мы сейчас работаем. В летние месяцы по дорогам штата разъезжает автомобиль в виде огромного хот-дога и призывает всех покупать мясную продукцию фирмы «Оскар Майер». Я со вздохом поднялась из-за стола, думая, что хот-дог на колесах, пожалуй, поинтереснее мятного молока – но совсем ненамного.

Это единственная работа, на которую я смогла устроиться после увольнения с Третьего канала. Все знали, что я обманула своих сотрудников и начальство, а в кругу новостников это черная метка. Меня не взяли даже в местный колледж преподавать литературное творчество, процитировав при этом их этический кодекс. Так что я нашла приют здесь, в торговом центре, между фастфудом «Тако Белл» и магазином «Все для вечеринок». Наше помещение не слишком похоже на пиар-фирму: вместо кабинетов – кабинки. Но платят достаточно, чтобы хватало на жизнь; к тому же я по-прежнему живу рядом с Робертом и в четырех часах езды от Эвана. Воссоединение с родными и друзьями было сказочным, но я все еще старалась загладить ту боль, что невольно причинила своим близким.

Выйдя в нашу крохотную приемную, я увидела, что там ждет, небрежно прислонившись к стене, высокий мужчина с зализанными волосами.

– Что я вижу! Наконец-то настоящая Стефани Монро! Так сказать, во плоти! – громко проговорил он, с широкой улыбкой шагнув вперед и окинув меня взглядом с ног до головы. Я невольно обратила внимание на неестественную белизну его зубов. – А я Трент Маккарти. Помните это имя?

Господи, это же тот парень, которого подставила Жасмин!

Я не понимала, что происходит. Как он оказался здесь, в Мэдисоне? Я слышала, что из тюрьмы его выпустили, сняв все обвинения; однако телеканал, где он работал, отказался принимать его назад, заявив, что Маккарти нарушил их корпоративную этику иным образом.

– Здравствуйте, – поколебавшись, ответила я. – Рада познакомиться. Могу вам чем-то помочь?

– Еще как можете! Давайте-ка присядем и потолкуем, – ответил он. – Я уже спросил эту вашу девушку, Джулию… кстати, очень милое имя… есть ли у вас тут приличные переговорные, и она сказала, что есть, так что пойдемте туда.

Он подмигнул Джулии, и та покраснела. Положив руку мне на локоть, Трент подтолкнул меня вперед, словно был здесь хозяином, а я гостьей. Я стряхнула его руку. Мы вошли в переговорную, и я села за стол напротив, как можно дальше от него.

– Знаете, а вы прехорошенькая! Еще лучше той, фальшивой Стефани. Право, жаль, что на конференции я познакомился не с вами! – немедленно сообщил он. У меня мурашки по спине побежали. О том, как вел себя этот тип со «мной» в Сан-Диего и как он вообще ведет себя с женщинами,