что с прежними я общался слишком долго и мог сговориться? Это похоже на старого лиса. Ничего не оставлять на волю случая. Думаю, он и собственную смерть запланирует заранее.

— Прошу прощения, эфенди, но я пока ничего не понимаю. Может, вернемся к началу? С кем имею честь?

— Вот как?.. — еще больше изумился татарин. — Занятный разговор у нас получается. А вы точно тюремщики?

Задрал… Он что из Одессы родом? Ни одного ответа, вопрос на вопрос…

— Ну, как желаете. Не хотите назвать себя, не смею настаивать и мешать вашему уединению. Всего доброго. Счастливо оставаться.

Я развернулся к дверям, почти выталкивая наружу Абдулу.

— Постойте!

Ага, скучно одному. Ну так какого же ты выделываешься.

— Меня зовут Саин-булат хан. Единственный сын Булат-Гирея. Старшего брата нынешнего хана Крымской одры Махмед-Гирея.

— Сын старшего брата? — пробормотал я негромко. — То есть…

— Да. Законный наследник ханского престола. А мой дядя Махмед-Гирей — узурпатор. Который сидит во дворце только потому что султан считает, что мужская линия моего отца пресеклась с его смертью. Не знаю, зачем я это вам говорю… — голос его опустился почти до шепота. — Наверно, чтобы самому не забыть.

М-да. Не зря говорят мудрецы, что не стоит лениться лишний раз наклониться за булыжником.