Кричали люди. Невыносимо громко орала сигнализация, где-то далеко послышался вой сирен. Тане вдруг стало страшно. Но больше всего — обидно. У неё оставались последние часы в обществе Мангона, и она проводит их, лежа на асфальте в вонючей слюне. Монстр навалился ещё сильнее, вжал её в теплое пахучее покрытие дороги. Приблизил пасть, гортанно прорычал что-то у самого уха. Вопреки всякой воле, Таню охватил такой сильный животный страх, что она была уверена, что не выдержит.

* * *

Таня посмотрела на Антона. Тот стоял, сжав несчастную трубу в трясущихся руках, и криво улыбался, и в глазах его плясали безумные огоньки.

— Вот оно как… Оказывается, — проговорил он. Что имел в виду, знал только он сам.

— Антоха, уходи! — повторила Таня. Она потёрла шею, удивлённо посмотрела на испачканную красным руку, будто и забыла уже, как на неё напали.

— Нет уж, — ответил Антон. — Кто вы вообще такие? Супергерои? Из тебя сделали суперсолдата в лаборатории?

— Я не…

— Сзади! — крикнул Мангон, и Таня, не задумываясь, перехватила биту скользкими от собственной крови пальцами, и с поворота врезала твари по морде. Она даже не заметила беса толком, перед глазами плясали точки и расплывались разноцветные круги. А из переулка уже неслась новый отряд монстров, и Тане казалось, что их бесчётное множество, и ряды их уходят вдаль и ввысь, насколько хватало глаз. То давали знать о себе усталость и пережитое потрясение, и все переживания дня, но слева появился Мангон, справа встал Антон, и оказалось вдруг, что есть ещё силы сражаться.

— Во имя Великой Матери! — закричал на драконьем Мангон, накладывая на тетиву грязную стрелу.

— Хрен вам, а не Москва! — неистово заорал Антон, а Таня просто добавила:

— А-а-а!

И они втроём бросились вперёд. Мимо машин, в которые набились перепуганные люди, мимо фонарей и слепых витрин, вперёд, навстречу уродливой толпе. Они бежали, сжимая своё оружие, под вой сирен и стрёкот лопастей вертолётов, врезались в монстров. Таня кого-то ударила битой. Почувствовала боль в руке, повернулась. Почти равнодушно стряхнула с себя беса, у которого из пасти валил пар. Схватила другого за склизкую башку, направила прямо в неё огненный шар. Лепестки цветов хищно шевелились и жгли кожу. Таня увидела беса, который летел на Антона, и замахнулась, чтобы сбить его… но тут же кто-то врезался в неё, толкнул смёл в сторону. Она врезалась спиной в столб, и удар отозвался болью в желудке.

Таня подняла голову и увидела людей в бронежилетах, в касках и со щитами. Раздались оглушительные выстрелы, а за ними визг и стоны бесов. Рядом оказался Антон в окровавленной рубашке. он опирался руками о колени и пытался отдышаться. Мангон хотел продолжать сражение, но женщина в шлеме закричала на него, чтобы стоял на месте. Таня заставила себя посмотреть направо. Там ребята из ОМОН заставляли людей сесть в машины и освободить улицу, на которую уже частично по дороге, частично по тротуару заезжали ГАЗы Тигры. Прожекторы с вертолётов освещали сцену битвы, словно концертную площадку.

— Татана? Татана, как ты?

Голос Мангона. Его руки, горячие, как всегда. Нет, вспомнила Таня, одна у него биомеханическая, но всё равно уставшему мозгу кажется, что настоящая. Она подняла взгляд. Лицо Адриана вытянутое, обеспокоенное, но совсем не измождённое. Привык стрелять из лука, наверное. Аристократ.

Таня раздвинула губы в улыбке, показала большой палец, напрочь забыв, что в Илибурге этот жест означал крайне неприличный посыл, и повалилась прямо на грудь Мангону. Он подхватил её, прижал к себе, положил руку на покрытые пылью волосы. От него пахло шалфеем и кардамоном. Как славно.

* * *

Всё закончилось быстро. Оказалось, достаточно появиться ОМОНу с автоматами и бронежилетами, как ситуация решилась просто. У свидетелей взяли контакты и заявление о неразглашении и отпустили домой. Улицу оцепили, пропустив внутрь только скорые и спецтранспорт. На крышах машин были включены проблесковые маячки и они раскрашивали стены домов: красный, синий, красный…

Таня сидела на лавочке, укутанная в одеяло. Кто-то принёс ей обжигающий, сильно разбавленный кофе. Но она была почти счастлива сжимать в руках горячий стаканчик. Рядом сидел Мангон, прямой, величественный, и одеяло на нём смотрелось, как королевская мантия. Таня хмыкнула. Смешно.

Им приказали ждать начальство. На шее у Тани красовалась повязка, приклеенная к коже пластырем. Предплечье обхватывал бинт. Драконий огонь в груди давно погас, цветы на руке поблекли и замерли. В остальном она оказалась цела. Антон отделался парой царапин, его уже опросили и отпустили. Один Адриан был невредим и невозмутим.

— Сколько осталось до закрытия портала? — тихо спросила Таня, прижимаясь щекой к его плечу.

— Два с половиной часа по вашему времени, — голос оставался спокойным, но в нём чувствовалось напряжение.

— Что будет, если ты не успеешь? Будешь прорываться с боем?

Взвыла сирена: один из прохожих, который на первый взгляд отделался испугом, вдруг свалился в припадке, и его срочно погрузили в машину скорой помощи. Фельдшер захлопнула дверь уже на ходу.

— Ну уж нет, — Адриан хмыкнул, его плечо дёрнулось. — Я понаблюдал за вашим оружием. Впечатляет.

— Это ты и десятой части не видел, — со странной гордостью протянула Таня. — И всё же, что будет, если не успеешь?

Адриан вздохнул.

— Будем решать с Олегом. Надеюсь, он появится. Я полагаю, что долго наши артефакты в этом мире не протянут: магия должна утекать сюда так же легко и быстро, как воздух заполняет вакуум. Надеюсь, техномаги уйдут без меня и вернутся через некоторое время.

Он говорил негромко, размеренно, словно рассказывал сказку, и монотонный рассказ его убаюкивал. Подошла фельдшер, молодая девушка, которая старалась оставаться невозмутимой. Получалось плохо. Люди в спецкостюмах грузили уродливые тела монстров, и на асфальтах оставались красно-фиолетовые лужи. Жуткое зрелище.

— Мне нужна ваша подпись. И вашего друга, — сказала она, протягивая планшет. — Вы сможете перевести на иранский, что здесь написано?

Таня нехотя отняла голову от плеча Мангона, взяла бумаги. Тот улыбнулся фельдшеру тепло и ласково.

— Спасибо, — сказал он по-русски, и его забавный выговор больше не казался смешным.

— Это описание нашего состояния, — говорила Таня, просматривая документы. — Вот здесь — отказ от поездки в больницу. Они не могут нас забрать против нашей воли, если мы не угрожаем окружающим. А вот здесь… нужны твои документы.

— Я этим займусь, — заявил кто-то густым басом и выхватил планшет у Тани из рук. Она подняла голову и успела разглядеть высокого широкоплечего мужчину в защитном костюме и шлеме с поднятым стеклом. А в следующее мгновение Адриан уже вскочил и загородил