аккордом стали полностью закрывающие голову маски с париками, севшие как вторая кожа и полностью изменившие наши лица. Вот и ответ, почему охранники корпорации выглядят одинаковыми — у них подобные маски просто часть униформы. Темные очки с проекцией дополненной реальности довершили образ и Громов — тоже преобразившийся в безликого сотрудника службы безопасности, повел нас дальше по коридорам.

Пришли мы в гараж, где рядами выстроились десятки одинаковых черных автомобилей с хромированными решетками. Активировав мастер-ключ, Громов открыл мне доступ к управлению одной, сам подошел к другой.

— Сейчас отправляетесь в поместье Валерии Воропаевой, якобы сообщить собравшимся там сотрудником подразделения «Авангард» о гибели Акселя Алексеева и остальных пассажиров. Про системное задание твое помню, чуть позже отправлю ответственного за координацию действий, работай непосредственно с ним. Сам я пока попробую здесь разобраться с этим дерьмом, — вздохнул Громов, на чем и расстались, пожав друг другу руки. Гольдштейн попытался было директору сказать, что не хочет со мной ехать, но тот его просто проигнорировал.

Машиной управлял я сам, хотя Громов — как безликий корпоративный руководитель задание мне отправил, так что можно было активировать автопилот. Но не решился, да и надо было чем-то руки с головой занять. Всю дорогу провели в тишине — даже в такси все разговоры и звуки записываются, а в корпоративной машине тем более лучше помолчать.

По ночной Москве, на другой конец города до боярской усадьбы второй жены Воропаева доехали быстро, меньше чем за час. В прошлый мой визит сюда охрану осуществляла корпоративная служба безопасности, сейчас на дороге стояли армейские бронеавтомобили. Нас пропустили без досмотра — одна из машин отъехала, освобождая дорогу, видимо номер наш получили.

Ворота распахнулись, во дворе я осмотрелся. Поодаль от центрального фонтана несколько самых разных машин, из них парочка «женских» и обычные представительские, на фоне которых заметно выделялись две. В сторонке синий пикап Екатерины — Тойота Тундра с массивной радиаторной решеткой, вызывающей ассоциации с открывшим пасть зверем. Перегнали из корпоративного гаража сюда после нашего ухода на Пандору, значит.

Обычно эта впечатляющая колесница ледяной королевы выделялась на фоне остальных машин, но сейчас ее затмил другой монструозный пикап — трехосный черный Jeep Gladiator с пламенеющей по кузову аэрографией. И это ведь не просто машина, а модификация «Мародер» — тот самый санитар пустошей, которого мне предлагала Система на выбор вместе со Скаутом. Причем крупнокалиберный пулемет в кузове тоже на месте, сейчас самопальным чехлом накрытый. Впечатляющая реплика, или эта машина не из этого мира? Очень интересно, как эта колесница апокалипсиса здесь появилась, пока я в отключке находился.

Бросил мельком взгляд на смарт-браслет, присмотрелся — кнопки вызова оружия и меню активны, как и возможность вызова транспортного средства. Так, а было же раз в двадцать четыре часа активация в описании. Сутки с прошлого раза еще не прошли, так что срок активации скорее всего сократился после одного из выполненных заданий, понял я. Не было времени почитать про новые привилегии посланника, надо с этим как-то тоже организоваться. Но не сейчас, потом, все потом.

Гольдштейн, кстати, на пикап не из этого мира внимания не обратил, и догнав основателя на крыльце, я вошел в дом следом. Прошли через холл в большую гостиную, где сейчас расположился практически весь отряд Авангард. Лысый Бартез, массивный Сатрап и вечно усталый Анри одеты были в корпоративную униформу с эмблемой отряда, практически до смешения повторяющей знак «Анархия», интересно кто это придумал.

Рядом с мушкетерами на диване устроилась Лиза — в своем неизменном дерзком кожаном наряде. Сидит обхватив голову рукам и запустив пальцы в красные волосы. Плечи поникли, выглядит ошарашенной. В брошенном на нас с Гольдштейном взгляде ожидание — не узнала, мы для нее просто безликие корпораты с новостями.

За столом расположилась Дарья — в женском варианте корпоративной униформы, рядом в шикарном клубном платье хозяйка дома, Валерия. Смелое декольте привлекает взгляд, и несмотря на то, что мать и дочь внешне похожи друг на друга, сейчас схожесть незаметна из-за абсолютно разных образов. В самом углу большой комнаты притулился Петр, в привычном классическом костюме с галстуком-карандашом и, довольно неожиданно, с бутылкой пива в руке. Явно не первая, и даже не четвертая-пятая.

На нас посмотрели все без исключения, явно ожидая новостей. Судя по лицам, о сбитом самолете уже знают, иначе такое общее смурное настроение не объяснить. Без лишних слов я расстегнул ворот кителя и потянул за тугую кожу на шее, снимая маску безликого охранника. Помещение мгновенно пропиталось духом картины Репина «Не ждали» — тяжелая траурная атмосфера оказалась разбавлена радостным недоумением.

Смотрели на меня молча, еще глазам не веря. Ошарашенная Лиза приподнялась было с дивана, но неожиданно быстро вперед двинулась Дарья — вскочив со стула, она подбежала и крепко меня обняла.

— Нам сказали, что ты погиб, — отстранилась Дарья, глядя удивительным лучистым желто-зеленым взглядом. При этом выглядит заметно устало, даже несмотря на загар видны синяки под глазами.

— В последний момент планы поменялись. Так получилось, — чуть кивнул я на сокрытого под маской Гольдштейна.

— А второй сейчас если маску снимет, там тоже ты будешь? — вдруг едко поинтересовалась Лиза. Ну она как обычно, сложно было иной реакции ожидать.

Обернувшись на основателя, я жестом показал ему открыть истинное лицо.

— Знакомьтесь. Пол Гольдштейн, один из творцов метаверса и миров-отражений. В последний момент у нас возникли коммуникативные трудности с коллегами, так что вместо того чтобы отправиться на встречу с президентом, мы с Полом остались на земле. В сбитом самолете был председатель правления корпорации РМПГ Игорь Зимин и второй основатель метаверса Петр Здравомыслов.

Гольдштейн после этих слов посмотрел на меня с заметной неприязнью.

— Если бы не он, мы бы тоже погибли, — акцент творца-основателя неожиданно бесследно испарился. Магия, не иначе.

— Вы хотите сказать, что мы бы погибли, если бы я вас не избил? Потому что именно после этого господин Здравомыслов впал в истерику и отказался со мной работать, отчего он полетел, а мы нет.

— Ладошкой что ли бил? — негромко произнес Сатрап себе под нос, отчего Гольдштейн вздрогнул, избегая смотреть на рассматривающих его трех мушкетеров.

С высказанной мною логической цепочкой спорить Гольдштейн не стал. Я же вдруг понял, что до сих пор стою, обнявшись с Дарьей. Когда поймал взгляд лучистых разноцветных глаз, девушка смутилась и быстро шагнула назад, разворачиваясь и возвращаясь на место.

Судя по виду и нарастающей суете, у присутствующих возникло уже много просящихся на язык вопросов, но ответить я никому не успел —