завести свою колымагу, а в салон второй машины грузили мертвые тела. В общем своими ножками было быстрее.

Капитан Бико с автоматом наперевес бежал первым, за ним следом неслись трое бойцов из комендантской роты, а я в обнимку с двумя «тиграми» скакал в конце. Чернокожий командир разведвзвода сходу вломился в закуток, образованный стенками двух палаток, и открыл стрельбу из автомата. Комендачи последовали его примеру, а мы слегка поотстали, но в палатки ломится не стали, а по моему приказу обошли их стороной по широкой дуге.

Мужик в форме офицера комендантской роты выскочил прямо на нас, одной рукой он зажимал кровавое пятно на плече, а в другой руке у него был неуставной револьвер здоровенного калибра.

— На пол! Руки в гору!!! — рявкнул я на английском.

Раненый офицер принялся разворачивается и одновременно вскидывать револьвер, но завершить движение ему не дали две короткие, но точные очереди из автоматов моих сопровождающих. Я же говорил, что «Речные тигры» очень резкие бойцы, у них рефлексы заточены на победу в стрелковом бою. Обладатель револьвера получил не меньше пяти пуль в бок и забрызгивая бетон кровавыми росчерками траву упал навзничь.

Марвин Богсс собственной персоной…

Правки не требовалось. Марвин был мертв, пули попали ему в правый бок, изрешетив печень, а с таким ранением и до госпиталя не дотащат. Мгновенная потеря большого количества крови.

— Готов? — высунулся из палаточного закутка командир разведчиков. — Второго взяли живым, — обрадовал меня Бико, — Яша отличился, вот он везучий, сам бухой в стельку, а как-то двух агентов ЦРУ смог подловить.

— И ничего я не бухой, — проворчал Яша Мойка, появляясь вслед за капитаном из проулка образованного двумя палатками, — не похмелился просто еще, да и трухануло малость с непривычки, я ж почти двадцать лет как в живого человека не стрелял.

— Мозеса взяли⁈ — ахнул я.

— Его самого! — гордо подбоченился Яша. — Что такое два агента ЦРУ против еврея из Ленинграда?

Яша держал в руках АПС с пристегнутой деревяной кобурой-прикладом, но от кобуры осталось только одно название — её разлохматило попаданием пуль во время перестрелки, а у самого Яшки на теле было множество мелких порезов, которые сочились тонкими струйками крови.

Просчитать мающегося с похмелья сорокалетнего мужичка еврейской национальности был не способен даже самый лютый аналитик из ЦРУ, поэтому неудивительно, что Яша Мойка смог обыграть двух агентов ЦРУ. А скорее всего, просто банальная случайность и везение. Зуб даю, что Яша просто валялся в кустах, а агенты ЦРУ случайно на него напоролись. Давно известно, что боженька оберегает дураков и пьяниц, а Яшка как раз под обе категории попадает.

— Ну-ну, — хмыкнул я.

Самостоятельно проскакал кое-как по проулку, зашел за палатки и увидел прекраснейшую картину: агент Фрэнк Мозес сидит на заднице, у него скреплены руки за спиной, на руке и плече намотки бинта, правая нога тоже сверкает перевязкой, которая заметно налилась кровью.

— О, какие люди? — делано всплеснул я руками. — Фрэнк, а вы чего тут забыли?

— Зря радуетесь Петр, вы совершили непоправимую ошибку.

— Какую?

— Если бы мы сейчас уничтожили самолет с грузом ядерных бомб, то на этом все бы и закончилось, а так теперь точно состоится обмен ядерными ударами. У Америке есть еще силы ударить ракетами по Кабинде и СССР.

— Фрэнк, если бы ПТУР ударил по самолету, то детонация десятка ядерных бомб привела бы к такому взрыву и выбросу радиации, что половина Кубы превратилась бы в непригодную для жизни территорию.

— Всё правильно, — кивнул агент Мозес. — И это была бы платой за причинённый ущерб США. Кровь за кровь! Вы нас, а мы вас. Но дальше этого ничего бы не было. А теперь по Кабинде нанесут удар ракетами, в ответ СССР ударит по Америке, в итоге начнется ядерная война. Так лучше?

— То есть, вы хотите сказать, что гибель Кубы — это меньшее зло?

— Да.

— Одно не могу понять, — спустя пару минут тягостных размышлений продолжил я разговор, — а как вы собирались уйти, чтобы самим не попасть под взрывную волну?

— Никак не собирались, мы все были смертниками.

— С чего бы это?

— У Марвина рак не операбельный, у меня во время налета 2 августа погибла любимая женщина, она была федеральной служащей и работала на военной базе в Норфолке.

— А женщина-снайпер?

— Виктория Уинслоу? Взяли её?

— Уничтожили.

— Впрочем неважно, — пожал плечами Мозес. — У неё личные мотивы вам мстить.

— Мне?

— Да, вы виновны в гибели её возлюбленного.

— Кем же он был?

— Советским разведчиком-нелегалом, который перешел на сторону англичан.

— Собаке — собачья смерть, — хмыкнул я.

— Как знаете, — пожал плечами Фрэнк Мозес, — в итоге, вы всё равно проиграли. Вашей стране не выжить. Советские ПВО вас не смогут прикрыть. А так был шанс разменяться. Взорвете здесь на Кубе бомбу — в Америке успокоятся и решат, что отплатили вам сполна, не сделаете этого — Кабинду подвергнут удару баллистических ядерных ракет. Решайтесь Петр!

— Дурак вы агент Фрэнк Мозес, вы ничего о нас русских не знаете, хоть сами хорошо говорите по-русски. Я не пойду на ваши условия и не буду приносить в жертву Кубу. Я поступлю по-другому.

— Это как? У вас всего два решения этого кризиса: либо Куба, либо Кабинда.

— У русских всегда есть третий вариант, напомню, что даже в Европу Петр Первый зашел не как все через дверь, а прорубил специально для этого окно и залез в него.

— Это всё лирика, — скривился Фрэнк.

— Нет, Фрэнк, мы сейчас нас допросим под запись, а потом всё это обнародуем в мировых СМИ, вот тогда и поглядим как на вашу исповедь отреагирует мировое сообщество. Никому нельзя применять ядерное оружие, никому! — твердо произнес я.

Даже мне нельзя было применить ядерное оружие. Москва поставила на это категорическое табу. Так сказали: взорвёшь в Америке ядренбатон — лишишься собственной головы. Уничтожим тебя и всех, кто будет с тобой в момент ликвидации в радиусе десяти метров!

— Ну, я своё слово сказал, решать вам Петр!

— Ни хрена у вас не получится, — усмехнулся я. — Фрэнк ты же понимаешь не хуже меня, что дело здесь не в банальной мести. Куба — это единственный пригодный плацдарм для атаки на США. Вот твои хозяева и пытаются Остров Свободы вывести из игры, чтобы выиграть время, чтобы передохнуть и собраться с силами.

Действительно, если посмотреть на карту Северной Америки, то будет видно, что сухопутная граница у США есть только с Канадой на севере и Мексикой на юге. Обе страны-соседки находятся под колпаком у американских властей, поэтому и нет