После этого — тишина. Ни одного последующего сообщения или уточнений. Даже из личных сообщений — переписок с родными и так далее — они пропали. Случай был настолько уникальным, чтобы в Легионе успели поднять тревогу из-за пропавших бойцов. Я не был занят и находился в этот момент условно ближе всего к точке контакта — разница между мной, Лиром и Порохом была в пару десятков миров, но всё же я мог быстрее всех отреагировать, что, собственно, и сделал.

Дальний мир, чьё название я просмотрел лишь мимоходом, был живым — в том смысле, что у него была атмосфера, небо и растительность. Низкие холмы, поросшие тёмной зеленью, колышущейся на ветру, и ни единого дерева вплоть до горизонта, где виднелась синева океана или моря. Небо — чистое, светлое, с редкими вкраплениями облаков. Примятая трава под ногами, на которую я вступил, выйдя из портала, — мягкая, пружинящая, и ощущение тепла на коже. Самый настоящий летний курорт с тем самым забытым ощущением из детства. Тишь да благодать.

За исключением тридцати бездыханных тел легионеров, лежащих неподалёку в низине.

Они лежали беспорядочно. Разбросаны с той хаотичностью, которая бывает не в результате сражения, а в результате чистого истребления. Между «сражением» и «истреблением» есть разница: в первом случае тела распределены логично, каждое там, где его настигло последнее в жизни усилие. Во втором — просто разбросаны, как мусор, подавлены и обессилены. На это также указывала относительная чистота в округе. Системщики после себя оставляют много следов, а эти тела сюда попросту свалили…

Все до единого были в золотом ранге, эти тридцать. Все — золотые ранги, с серьёзным опытом и навыками, специально отобранные для дальней разведки. Бойцы, прошедшие войну с Хелтаром и самой Системой. Сейчас они лежат со многими следами на телах, избитые и переломанные.

Их убили в течение нескольких секунд, и это было странно. Я понял это, считывая остаточные энергетические следы. Тридцать золотых рангов. Пара секунд, и они даже не успели использовать навыки.

Вывод напрашивался сам собой, и он был крайне удручающим. Вряд ли они попали в разлом или к случайному монстру все вместе.

Так же можно было подумать, что на них использовали какой-то ментальный навык. Увы, даже я не смог бы разом подчинить или подавить столько «золота» разом. Значит, либо их перебил кто-то выше рангом, либо попросту подавил аурой. Кто-то куда более сильный, чем я. И при этом я не ощущаю здесь ни единого следа врага.

Я медленно прошёл сквозь то, что осталось от отряда, осматривая каждое тело. Ни одной колотой раны или следа от духовного оружия, которое знакомо мне по тысячам боёв. Травмы были тупыми, грубыми, чрезвычайно мощными. Их просто переломали и сделали это достаточно легко и быстро, развлекаясь при этом… Иначе я не мог описать ощущение от увиденного.

Командира группы я узнал. Это был Чиж. Опытный боец, участвовавший ещё в первых походах в Лавре, как и в первых боях против демонов, когда мы спасали «они» зерактал.

Сейчас же он лежал немного в стороне от остальных. Единственный, кто, судя по всему, успел отреагировать, создать хоть какую-то защиту, пусть и направленную только на себя. Остаточная энергия есть в теле, и уже последние её части растворяются, хотя человек уже несколько часов как мёртв. Его убили раньше, чем он успел активировать свой навык.

Я постоял рядом с ним несколько секунд, затем наклонился и прикрыл остекленевшие глаза бойца. Боюсь, что мои догадки подтвердятся и он вновь будет со мной бок о бок при встрече с очередным врагом. Даже будучи мёртвым.

Я написал Круглову напрямую:

[Ной]: Вся группа мертва. Это не демоны и не монстры. Отзывайте все разведгруппы с дальних маршрутов немедленно.

Вот за что уважаю Круглова, так это за оперативность. Спустя пару секунд в чате уже было его сообщение:

[Круглов]: Сделано.

[Круглов]: Что там у тебя? Конкретно.

[Ной]: Пока не знаю. Жди.

Я не стал уточнять того, что уже почувствовал приближение врага. Поздно метаться. Если не справлюсь я — то кто тогда? Давно уже перестал гордиться своим первым местом в рейтингах и силе. Это так же и ответственность. И с каждым днём, приближающимся к концу Инициализации, она становится всё больше.

И сейчас я стоял и смотрел, как эта самая «ответственность» начинает появляться посреди неба. Если это портал, то я так точно не могу. Чувствуется, что он… дальний.

Сначала уплотнились облака и потемнело небо — настолько большим был выброс энергии. Затем небо посерело и нахмурилось, будто перед грозой. Поднялся сильный ветер, и даже примятая трава начала хлестать по ногам.

Они возвращались, и я не ошибся.

Это были Первые.

Я это понял раньше, чем они появились. Даже сжатая, не направленная прямиком на меня аура существ мифрилового ранга давила.

Через появившуюся синюю арку дальнего портала появилось двое. Мужчина и женщина. Если их вообще можно так назвать…

Высокие — выше меня (а я вытянулся заметно после всех трансформаций), они были около двух с половиной метров… Смуглые, с короткими жёсткими волосами, почти чёрными, одетые в похожие на чёрные монашеские робы с треугольными капюшонами. Всего лишь ткань, несистемное. И ни одного видимого артефакта. Чистые в энергетическом плане, хотя и давят аурой так, что лишний раз вдохнуть тяжело.

Я на их фоне, по воле случая одетый в тот белый наряд, что мне выдали при коронации зерактал, казался очевидным антагонистом, если посмотреть со стороны. Такая себе картина тьмы против света. Вот только с этим было сложно, ведь квинтэссенция Зла находится во мне, и у моих ног лежат те, кто называл себя легионерами.

Лица Первых были почти человеческими. «Почти» — важное слово. Черты правильные, глаза — тёмные, разумные и бесстрастные. Если я правильно помню из речей Йона, то Первые живут очень долго, а за долголетием наверняка стоит усталость, даже если её умеют скрывать.

Но меня больше смутило то, что я увидел за их спинами. И я также понял, почему Йон так сильно ненавидит пауков.

Это было связано с тем, что я увидел за спинами этих существ, зависших в воздухе чуть поодаль от меня.

Там, где рисуют людям крылья, у этих двоих были лапы. Тонкие, паучьи, много лап, сложенные на манер этих самых крыльев. Складчатые, членистые, расположенные симметрично. Сегменты их слегка поблёскивали в тусклом свете потемневшего неба. Имён над их головами не было, что странно, я