Я остался один на один с умирающим.

– Так, парень, давай посмотрим, что ты там прячешь, – прошептал я.

Я не врач. Мои знания анатомии ограничивались курсом биологии и тем, что успел почерпнуть у Лизы и в учебниках местной библиотеки. Но я – друид. Для меня человек – это такой же сосуд с жизненной силой, как дерево или лесной дух.

Я положил ладони на грудь Кости. Холодный пот пропитал его рубашку. Я закрыл глаза и потянулся своим сознанием внутрь его тела. Через мои пальцы потянулись тонкие нити маны.

Сначала всё казалось чистым. Сердце билось часто, но ровно. Лёгкие чистые. Печень, на которую жаловалась Лиза, действительно восстановилась под действием серебролиста. Я своим взглядом проникал всё глубже и глубже – в брюшную полость и прилегающие к ней зоны.

И тут наткнулся на “стену”.

В районе поясницы, с двух сторон, аура Кости была не просто повреждена – она была завязана в тугие, смердящие узлы. Там, где должны были быть почки, пульсировала тьма. Это выглядело так, будто кто-то вбил в него два раскалённых чёрных гвоздя.

Я открыл глаза. Лиза как раз вернулась в комнату, тяжело дыша.

– Едва успокоила… Ну что? Ты видишь что-то? – она с надеждой посмотрела на меня, доставая свою магическую линзу.

– Лиза, забудь про печень и кровь, – я указал пальцем на поясницу парня. – Проблема здесь. Почки. Там очаг.

Лиза нахмурилась. Она быстро поднесла линзу к телу Кости, просматривая указанную область. Ее лицо вытянулось от удивления, которое быстро сменилось скепсисом.

– Почки? Всеволод, ты ошибаешься. Посмотри сам, – она протянула мне линзу, но я качнул головой. – Я только что проверила. Ткани идеальны. Кровоток в норме. Нет ни воспаления, ни застоя, ни следов яда. Физически они абсолютно здоровы!

– Физически – возможно, – я снова коснулся кожи парня, чувствуя, как мои пальцы начинает покалывать от чужеродной магии. – Но их пожирает что-то другое. Лиза, я чувствую там “червоточину”. Это не болезнь. Это… как будто мороз выпивает соки из корней. Не могу объяснить словами. Единственное, что я способен – объяснить образы, которые вижу.

– Но моя линза показывает структуру органов! Если бы там было повреждение, я бы увидела! – она почти спорила, защищая свой профессионализм. – Может, это просто последствия отравления?

– Нет, – я помрачнел, понимая, что мы столкнулись с чем-то, что не фиксирует медицина этого мира. – Ты не права. Мы ошиблись. Подумали, что у Кости проблемы только из-за отравления. На деле же в нём есть что-то ещё. Что-то, чем заразился он, но чего не подхватила Марина. И через десять минут его почки просто отключатся. Не потому, что они больны, а потому, что из них выкачали саму жизнь.

Я понял. Лиза видит тело. А я вижу Исток. Похоже, Исток есть у всего. У моего леса, у растения, у любого живого существа. У каждого есть своё жизненное начало.

И этот Исток в Косте будто перерезали ножом.

Я смотрел на нашего пациента, и в голове билась одна мысль: он не дотянет до обеда. Исток парня истончается с каждой секундой, превращается в дырявое решето, сквозь которое уходит жизнь.

– Лиза, отойди, – я решительно шагнул к кровати.

– Что ты задумал? Всеволод, его состояние критическое, любые магические манипуляции сейчас...

– Его состояние уже граничит со смертью. Осторожничать мы больше не можем. Пора рисковать, – перебил девушку я. – Твои методы не видят корень проблемы. Я не могу вылечить его органы, но могу подпитать его Исток.

Лиза замерла, её глаза округлились.

– Ты хочешь влить в него свою ману? Ты же сам едва восстановился! Твои каналы…

– Нет. Моей маны не хватит. Я подключу его к лесу.

В комнате повисла тишина. Лиза даже дышать перестала.

– Ты с ума сошёл? – наконец прошептала она. – Лес – это стихия. Это огромная, неконтролируемая мощь. Ты хочешь пропустить через хрупкое тело студента энергию целого леса?! Его просто разорвёт!

– Не разорвёт, если я стану стабилизатором, – я уже расстёгивал манжеты рубашки. – Стану переходником. Лес даст силу, я её отфильтрую и передам Косте.

– Всеволод, это самоубийство, – Лиза схватила меня за локоть. – Ты возьмёшь его заразу на себя. Если этот “мороз”, как ты выразился, перекинется на твой Исток, погибнешь и ты, и лес останется без хозяина. Ты не имеешь права так рисковать!

Медленно повернул голову к ней.

– Я пообещал себе, что это место должно стать безопасным. Что люди здесь будут исцеляться. Если позволю первому же тяжёлому пациенту умереть у себя на руках только потому, что испугался за свою шкуру – грош мне цена как хозяину. Я теперь отвечаю за них. За каждого, кто переступил порог этого дома.

Высвободил руку и приложил ладони к пояснице Кости – прямо над теми чёрными узлами, которые видел своим чутьём.

– Выйди и присмотри за Мариной. И Степана позови, пусть будет за дверью. Если я отключусь – не смей входить, пока всё не утихнет. Поняла?

– Дурак ты, барон, – всхлипнула Лиза, но спорить больше не стала. Она видела мой взгляд – спорить со мной сейчас было всё равно что пытаться остановить поезд.

Когда дверь за ней захлопнулась, я закрыл глаза.

И мысленно обратился к лесу.

Ну, родной, помогай.

Ответ пришёл мгновенно. Земля под фундаментом дома отозвалась глубоким, едва слышным гулом. Я почувствовал, как корни старых деревьев за окном напряглись, направляя ко мне потоки густой, зелёной энергии.

Я открыл все магические шлюзы. Удар был такой силы, что зубы клацнули друг о друга. Энергия леса хлынула в мои каналы.

Пережитые ощущения даже описать сложно. Будто через меня целую реку прогнали.

Боль в пояснице отозвалась мгновенно – та самая, от которой хотелось лезть на стенку.

Я прижал ладони сильнее.

– Бери, не стесняйся… – прохрипел я, направляя поток в тело Кости.

В ту же секунду я почувствовал ИХ. Тех самых паразитов. Это были не просто споры. Это были крошечные магические существа, порождённые аномалией. Не знаю, как Костя умудрился подхватить их, но вместе с ядовитыми спорами они здорово повредили его организму.

Почувствовав свежую, мощную энергию леса, они с жадностью бросились на неё, оставляя в покое истощённые органы парня.

Но вместе с тем они вцепились в меня. Дикий, потусторонний холод ударил по моим почкам. Я согнулся,