Им поручили очень опасное задание, но они привыкли рисковать жизнью. Вот только в этот раз им дают целую команду, сработаться с которой у них не было возможности, а делать это непосредственно на задании не просто сложно, но и чревато последствиями.

С другой стороны, Дровосек знает их всех лучше них самих, а значит, и команду подобрал правильную. Нужно только присмотреться к ним получше, и тогда станет понятно, как командовать каждым из вверенных ему людей. Жаль только, что времени на это нет.

Он выбрался из душа, протёрся и переоделся в чистую форму, которую ему уже положили. Быстро тут всё делается, когда приказы идут с самого верха. Странно, но Дровосека тут слушают беспрекословно. Хотя, в принципе, чему удивляться? Они и сами вчетвером выполняли все его приказы, потому что знали, что он всегда всё продумывает наперёд и находит оптимальное решение.

Ещё ни разу не было такого, чтобы они не выполнили задание и кто-то из них погиб. Да, каждый раз вся команда ходит по лезвию, но каждый раз возвращается. Даже в тот день, когда Пётр лишился конечностей, он предпочёл рискнуть собой, а не своими подчинёнными. Правда, тогда он не знал, что выживет, и шёл на верную смерть. Но его отряд не позволил ему сгинуть. Они тогда впервые ослушались его приказа, и не зря.

В тот день командир сломался, и понадобилось много времени, чтобы он снова захотел жить. Дровосек поставил на себе крест и пытался оградить своих друзей от необходимости ухаживать за ним, поскольку осознание того, на что он обрекает их, пожирало его изнутри. Но парни всегда это делали с улыбкой, и это нисколько не тяготило их. Единственное, что угнетало, так это состояние их командира, который живьём загонял себя в гроб.

Прошло много времени, прежде чем он прозрел и взял себя в руки, но это всё-таки случилось. И казалось, что всё наладилось, но потом его смерть подкосила уже их. Андрей не помнил, сколько прошло времени с похорон до того момента, когда они все вышли из запоя. Причём пришли в себя они в какой-то непонятной глуши, откуда выбирались почти две недели.

Понятное дело, что после такого поверить в то, что Пётр Скороходов всё ещё жив и выглядит совершенно иначе, чем прежде, практически невозможно, но надежда не отпускала Ветра, несмотря на то что мозгом он понимал, насколько это бредово звучит.

Как и учил Дровосек, Андрей сомневался во всём и внимательно анализировал всё увиденное и услышанное. Невозможно полностью скопировать поведение другого человека — это просто нереально, на такое никто не способен, а если бы и был, то это была бы точная копия.

Из всех этих мелочей и сложилось мнение не только Ветра, но и Слона, и Медведя, и Гранита. Они все подтвердили, что Владыка Бессмертный — это их командир, которого они считали погибшим.

Понадобилось время, чтобы принять эту информацию и осознать новую реальность. Принять существование других миров было не просто, но ещё сложнее было осознать, что в этих мирах существует настоящая магия. И после того, как мозг наконец-то начал воспринимать эту информацию, командир их снова шокировал.

Конечно, он их лично тренировал, и они свыклись с той мыслью, что он намного сильнее них, но вот насколько, даже не осознавали. Он в одиночку вышел против целой армии, в то время как его рой занимался серебряной ордой. У противника не было и шанса на победу. Из их войска сумел выжить только один. И то лишь потому, что его нарочно отпустили.

Рой с лёгкостью расправился с серебряной ордой, несмотря на то что ни у кого из парней не получилось повредить их кожу, и теперь им предстоит перебить несколько десятков тварей, которые с такой лёгкостью уничтожают серебряных монстров. Ветер не понимал, как им удастся это сделать и почему Дровосек выбрал именно их, но он знал, что Пётр Скороходов никогда не ошибается и, если он приказал сделать это именно им, значит, они могут это сделать! Оставалось только понять, как именно.

Он застегнул последние пуговицы на форме и выбежал из душевой вместе со своим отрядом. На улице их уже ждали.

— Готовы? — спросил у них офицер.

— Готовы, — ответил за всех Ветер, и офицер тут же открыл портал.

Парни прекрасно помнили, что требуется проверка перед тем, как в него заходить, поэтому тут же провели её. И только когда убедились, что, перейдя на ту сторону, они ещё поживут, вошли в переливающееся полотно.

Оказались они в кабинете у Романова. Помимо него самого и глав Китайского и Индийского регионов, здесь находилось ещё несколько человек.

— С ними вы уже знакомы, — произнёс Лев Николаевич, указывая на князя Коловоротова и троих друзей Дровосека, точнее Владыки Бессмертного. — А это люди, у которых нет имён. Он Первый, он Второй, а этот Третий. Зовите их именно так.

— Фига себе спецслужба! Что это за секретность такая, где даже позывных нету? — удивился Медведь.

— Мы не из спецслужбы, мы из гильдии убийц, — спокойным тоном ответил седой старик с длинными волосами, которого представили как Первого. В каждом движении каждого из этих трёх читалась опасность. Казалось, будто они способны убить даже своим дыханием, не говоря уже о том, что будет, если они решат двинуться с места.

Ветер даже усомнился в решении Дровосека назначить его командиром.

— Что, не нравлюсь? — поинтересовался Андрей, поймав на себе изучающие взгляды китайской троицы.

— Ты не мороженое, чтобы нравится. Если наш господин назначил тебя командиром, значит, в тебе есть то, что позволит справиться с этой миссией. Мы лишь пытаемся понять, что это. К сожалению, у нас нет времени, чтобы сработаться, поэтому мы пытаемся понять, как это сделать, — всё тем же умиротворённым тоном ответил Первый.

— Я тоже не понимаю, почему он выбрал именно меня, но его приказ будет выполнен несмотря ни на что. Неподчинения я не потерплю! — заявил Андрей.

— В этой команде нет тех, кто посмеет ослушаться приказа Владыки Бессмертного. Поэтому давай не будем тратить время на лишние разговоры. Говори чётко и по делу, — вмешался Лихач.

Ветер уже был знаком с князем и прекрасно понимал, что этот человек отвечает за каждое своё слово. Других Дровосек при себе не держит.

Андрей кивнул и приказал:

— Покажите карту местности.

Странно, но это сделал не кто-то из членов его отряда, а сам Романов.