развернуть ситуацию. Что я ему не враг.

Идея, конечно, на грани абсурда. Бородин не Коршунова. Но что-то мне подсказывало, что попробовать стоит.

Я отложил эту мысль на потом. Пока что, раз выдалось свободное время, решил сходить на тренировку.

В ФОК зашёл около семи вечера. Народу было немного, что удивительно. Думал, по выходным всегда ажиотаж. Я переоделся и зашёл в тренажёрный зал.

И сразу увидел знакомую картину.

Сегодня дежурил тот самый равнодушный тренер. Он снова сидел в углу на стуле, уткнувшись в телефон. Что-то листал, иногда хмыкал. Вокруг занимались человек восемь. Кто как умел, тот так и занимался.

В одном из углов, у штанги, я заметил парня лет двадцати. Он пытался делать приседания со штангой. И делал это с круглой спиной и коленями, которые смотрели внутрь. Штанга лежала у него чуть ли не на затылке.

Тренер на это даже не смотрел. Я вздохнул и поспешил к парню.

— Парень, — сказал я. — Можно тебя на секунду?

Тот опустил штангу.

— Да? — удивлённо спросил он.

— Я не тренер, просто врач, — сказал я. — Но если ты так будешь продолжать ещё неделю, то мы встретимся у меня на приёме. И не по поводу спорта, а по поводу межпозвоночной грыжи.

Парень нахмурился.

— А что не так? — спросил он.

— Всё не так, — ответил я. — Сейчас покажу, как надо правильно делать это упражнение. Можно?

Он кивнул. Тренер, который тогда объяснял технику мне, поставил приседания очень хорошо. Я поправил положение штанги и объяснил, как ставить ноги и как приседать.

— Колени смотрят туда же, куда носки, — сказал я. — Ягодицы назад. Спину держи ровно.

Парень сделал один присед. По всем правилам.

— Ого, — сказал он. — Вообще другое ощущение.

— Потому что нагрузка пошла на мышцы, а не на позвоночник, — пояснил я. — Делай так. И вес поначалу убери. Лучше сначала технику отработать на пустом грифе.

— Спасибо, чувак, — искренне сказал парень.

Я кивнул и отошёл в сторону. Тренер по-прежнему сидел в телефоне. Ничего не меняется. Твёрдо решил после тренировки поговорить с директором.

Приступил к разминке, затем к тренировке. Когда делал на скамейке жим на грудь, возле лавочки тренировалась девушка с гантелями. В какой-то момент она решила отдохнуть и устало опустилась… прямо на меня.

— Ой! — взвизгнула она. — Простите, пожалуйста! Я вас не заметила!

— Всё в порядке, — усмехнулся я. — Не переживайте.

Хотя Лиле про этот эпизод лучше не рассказывать.

Закончив тренировку, я отправился в кабинет директора ФОКа.

Сергей Викторович Матвеев в этот раз был на месте, сидел за столом, заполнял какие-то ведомости.

— Александр Александрович, — он удивлённо поднял брови. — Какими судьбами?

— Сергей Викторович, добрый вечер, — сказал я. — Разрешите я отвлеку вас минут на десять?

— Заходите, — кивнул он. — Что-то случилось?

Я сел напротив него.

— Хочу с вами поговорить про одного вашего сотрудника, — сказал я. — Тренер из тренажёрного зала, не Виталий, а второй.

— А, — вздохнул Матвеев. — Понятно. Что натворил?

— Ничего не натворил, — ответил я. — И в этом проблема.

Я рассказал спокойно, что именно меня волновало. Что он не следит за посетителями. Что он сидит в телефоне всё время дежурства. Что недавно был случай с травмой, когда молодой человек надорвал спину. Что сейчас у них в зале молодой парень добивает себе позвоночник приседаниями со штангой, а тренер этого не видит.

— Сергей Викторович, — закончил я. — Я пришёл не скандалить и не требовать его увольнения. Я пришёл сказать, что это вопрос безопасности. Не моей, я-то справлюсь, а ваших посетителей. В следующий раз может быть серьёзная травма. И отвечать будете вы.

Матвеев молча слушал.

— Александр Александрович, — устало сказал он. — Я всё это знаю. С ним разговаривал уже раза три. Не помогает.

— А почему вы его не уволили? — удивился я.

Матвеев усмехнулся.

— Потому что я не могу, — сказал он. — Это племянник одного человека из городской администрации. Хорошего человека, мне с ним работать. Вы же знаете, как всё устроено.

О, знаю прекрасно. Не просто так, значит, тот тренер так спокойно отреагировал на наш разговор.

Что ж, картина мне ясна, но я это просто так не оставлю. Шмелёв мне должен после той ситуации с Коршуновой, так что надо поговорить с ним.

— Сергей Викторович, — сказал я. — Можете хотя бы вот что сделать. Пропишите ему минимальный список обязанностей. На бумаге и под подпись. Сколько раз за дежурство он должен обойти зал. Что обязан подходить к каждому новому посетителю и проводить вводный инструктаж. Что обязан реагировать на нарушения техники. И ознакомьте его под роспись. Если он эти правила будет систематически нарушать, то у вас будет основание его уволить.

Матвеев задумался.

— Идея, — сказал он. — Хотя я не думаю, что…

— А я решу вопрос с другой стороны, — добавил я. — Либо этот тренер исправится, либо ему придётся искать новое место работы.

Матвеев серьёзно посмотрел на меня.

— Хорошо, — сказал он. — Доверяю это вам.

Я встал, попрощался и вышел из кабинета.

На улице уже стемнело. Я медленно пошёл по улице в сторону дома. И вдруг впереди увидел две фигуры. Мне навстречу в обнимку шли бывший реаниматолог Горшков и мой дядя Андрей.

Какого чёрта тут происходит?

И почему мой дядя вообще в Аткарске⁈

Глава 14

Я остановился посреди тротуара и несколько секунд просто смотрел. Ситуация сюр.

Мой дядя Андрей, которого я вообще впервые в жизни видел в Аткарске. И Горшков, бывший реаниматолог, с которым было связано несколько довольно неприятных эпизодов в моей жизни.

Да, я говорил с Горшковым по душам и просил дядю ему позвонить… Но всё равно.

Дядя Андрей заметил меня первым. Помахал рукой.

— Саня! — крикнул он. — Иди сюда!

Я медленно подошёл к ним. Да, правда они, мне не показалось. Горшков трезвый и выглядит очень даже неплохо. Идут себе спокойно, как старые друзья.

— Привет, Сань, — протянул руку дядя. — Чего так смотришь?

— Да просто думаю, где камера скрыта, — я ответил на рукопожатие. — Потому что происходит нечто странное.

Горшков усмехнулся.

— Да, представляю,