— Мими, милая, а хочешь, давай пойдем в твой родной край? — задрав голову к потолку, предложила я. — Может, и подружек твоих повидаем. Ты, наверное, соскучилась.

Избушка ничего не ответила, но заложила крутой вираж. Хм… Свернула? Как это происходит вообще? Волшебные тропы? Пласты реальности? Или потоки, типа как у птиц, которые парят между слоями воздуха.

И дальше задавать вопросы избушке я не решилась. Когда ты бежишь, спасая своих партнеров, последнее, что тебе нужно в этот момент, вопросы от этих самых партнеров.

Я повозилась, устраиваясь поудобнее на вытянутых ногах мага. Ну а чего? Удобно, мягенько. Не на полу же сидеть. Все равно нас пока так мотыляет, что обработать медикаментами ранки не выйдет. Аптечка у меня есть, но она в моей комнате. А Мимоходом прыгает и скачет.

Мебель и все предметы каким-то волшебным образом удерживаются на своих местах. Не падают со столов и полок. Волшебство, что уж. Но на живых это не распространяется. Когда мы охотились на Марьяна, удерживать равновесие было непросто.

О! Марьян. Я снова повозилась, чтобы удобно было смотреть ему в лицо.

Он сидел с непроницаемым видом и с закрытыми глазами. И я принялась буравить его взглядом. Он держался с минуту.

Потом вздохнул и спросил:

— Ну что тебе?

Я расплылась в улыбке. Ага! Так и знала, что не выдержит. И да, он не смог вытерпеть. Приоткрыл один глаз. Посмотрел на меня. Снова вздохнул.

Ну? Давай уже! Мне ведь скучно просто так сидеть, а тут такой удобный случай. Конечно, в гостиной было бы комфортнее, но и на его коленях ничего так. Маг теплый, сижу удобно. Я снова повозилась, вытягивая ноги. Разбитые колени немного щипало и начало стягивать. Руки тоже, но меньше.

— Не возись, — с мученическими интонациями попросил Марьян и открыл наконец глаза.

— Я не вожусь, а усаживаюсь удобнее. Я пострадавшая. Мне нужен покой, и удобство, и…

— И кляп.

— Вот еще! — фыркнула я. — Давай болтать!

— Яна, я похож на того, кто любит болтать?

— Не придирайся! Расскажи что-нибудь про себя?

— Родился. Вырос. Учился. Служил. Работаю, — спокойно ответил он.

— Эй! Так нечестно! Я же тебе рассказывала о себе.

— Да? — с усмешкой хитро глянул он на меня и спросил: — Помнится, я пытался избежать этого. Но не смог уклониться от твоего рассказа.

Я насупилась. Просто у меня был как-то приступ дружелюбности, мы сидели все трое в гостиной. Коля тоже с нами был. И я немного рассказывала о себе, и своем детстве, и об учебных годах. Колобок слушал с интересом. А вредный маг пару раз пытался уйти к себе, но я его останавливала, мол, ну ты чего один сидеть будешь? Оставайся с нами.

— Фу таким быть. Неужели тебе не хочется знать немного больше о том, с кем ты рядом целыми днями?

Марьян фыркнул, но беззлобно. Он вообще ко мне относился как к надоедливой младшей сестре, как мне кажется. Бесит! А я ведь замечаю, как он смотрит на меня, когда думает, что я не вижу. И за руку держал. И на свидание, которое не свидание, приглашал. Так чего тогда?

— Ой, ну и ладно. Тогда… тогда давай думать, как продавать твои мясные блюда. Ты вкусно готовишь. Надо это монетизировать.

— Чего делать?

— Денег на этом заработать. Только нужно придумать — как. Мясные, рыбные и куриные пироги. Но это с дрожжевым тестом надо. И вот я не уверена, что у меня хорошо получится. Я же самоучка, все только по точным рецептам делаю, не училась этому специально.

— Ты чудесно справляешься, Яна. Пусть и самоучка. Мне и покупателям все нравится, — приободрил меня маг.

— Спасибо. Но факт остается фактом, я очень неопытный кондитер и пекарь. Начинающий. И с дрожжами пока на «вы». К тому же и ты не сможешь в пироги начинку засовывать, тесто сдохнет. А я сразу с разными блюдами не управлюсь. О! Можно еще знаешь чего? Покупать готовые лаваши. Это такие листы из теста, большие, как бумага, но из теста. Или тонкие лепешки тортильи. Типа как блины. И в них заворачивать всякие мясные штуки. Шаурма, сэндвич-роллы, буррито. Всякое такое. Нажаришь тефтелек. Рыбу. Ну я не знаю… Надо изучить рецепты, как это вообще все готовится. И будешь продавать.

— Ты считаешь мало одной сладкой выпечки? — спросил он, внимательно глянув на меня.

— Понятия не имею. Но если можно заработать на том, что и так делаешь, причем делаешь потрясающе, почему нет? У нас будет много денежек. Мы станем богатыми. Можно будет освежить для Мими ковры, мебель, шторы. Это же не само по себе все берется, кто-то из прежних владельцев занимался обстановкой и ремонтом, я так думаю. Ну и посуда, расходные материалы. Почему нет? Ты против?

— Нет, я не против, — помолчав, ответил он. — Можно попробовать. Где брать эти твои лаваши и тортильи?

— Ой… На Земле в любом магазине, а в других мирах — я не знаю.

— А сама сможешь сделать?

— Нет, — приуныла я. — Не умею. Там своя специфика и специальные печи. А хотя… Если по размеру сковороды… И рецепт простой, но нужны сильные руки.

Я рассуждала вслух. Даже села ровно, жестикулировала, пытаясь ухватить мысль за хвост.

— Да, точно! Рецепт там без дрожжей и разрыхлителя. Тесто не поднимается. Мука, вода, соль… Слушай, даже у тебя проблем не должно быть. Да? То-о-очно! Надо будет найти пропорции, ты замесишь тесто. Покажу потом картинки. Раз нечему подниматься в тесте, то нечему и опадать. Потом сможешь сделать сразу много лавашиков. Я помогу их увеличить в количестве. И они хранятся долго, так как тесто пресное. Будешь в них заворачивать всякие ништяки и продавать.

Марьян слушал, не перебивая. А я так обрадовалась, что и не смотрела на него. Уже прикидывала, что можно делать для продажи буррито и шаурму. Их ведь заранее не накрутишь, раскиснут. Значит, нужен отдельный уголок, где будут стоять лотки с наполнителями и поверхность для закручивания. Одновременно со сладкой выпечкой продавать? А успеет Марьян? Или делать мясной день, как я делала медовый, коричный, яблочный и маковый?

В какой-то момент я повернула голову к Марьяну, и почему-то вдруг его лицо оказалось очень близко. Чуть ли не нос к носу… Наши взгляды встретились. Я резко замолчала от