достаточной мере свободным. Они тоже связаны: деньгами, ответственностью, конкурентами и многим другим. Просто сидят чуть повыше и видят немного дальше.

Так я думал в тот момент. Нет, я не видел себя среди властителей мира и осознавал, что стану всего лишь инструментом, очередным винтиком в системе. Но главное — внутри, а не за её пределами, как жили мои родители, которые погибли ни за что. Ради этого я был готов работать, барахтаться, плыть против течения, и если потребуется — плевать против ветра.

Из размышлений меня вырвала Дашка.

— Он возвращается, — доложила она. — Примерное время прибытия: пятнадцать минут.

— Всё, я погнал. — Бросив ложку, я поднялся из-за стола.

— Может, мне с тобой сходить? — предложил Саня. — Или вместо тебя?

— Справлюсь, — заверил приятеля я и положил руку ему на плечо.

— Удачи, — напутствовала Дашка.

Я коротко кивнул ей в ответ и вышел из столовой. Прошёл по коридору в фойе и… Как специально, нос к носу столкнулся с Семёном Николаевичем.

— Так, Горячев! — оживился он, словно только и ждал, когда я попадусь ему на глаза. — Ты где пропадаешь весь день? У нас с тобой незаконченное дело… Горячев! Я с кем разговариваю⁈

— Простите, Семён Николаевич, я спешу, — не оборачиваясь, бросил я и потянулся к двери.

— Ты совсем, что ли, охренел! Горячев…

Окончание фразы отрезало тяжёлой створкой с толстым стеклопакетом. Зря я так. Вечером точно получу по первое число… Стоп! А ведь это отличная идея! Что, если мне довести воспитателя? Кажется, в интернате есть карцер. Эдакое изолированное помещение, похожее на те, что используются в тюрьмах. Одиночная камера, которая лишена связи и развлечений. Только учёба, общение с психологом и уникальная возможность подумать над своим поведением.

Если меня там запрут, я физически не смогу явиться на аудиенцию к инженеру. Наверняка он узнает о моей вынужденной изоляции, что послужит уважительной причиной в задержке ответа. Больше чем на десять суток в карцер не помещают, минимальный срок наказания — трое суток. В любом случае я смогу выиграть время.

«Найдите мне повод, чтобы загреметь в карцер», — набрал сообщение я и отправил рассылкой всем друзьям, даже Мишке. Пусть тоже чувствует причастность к делу. А то мы и так задвинули его на задворки.

«Хорошо», Сделаю', «Ха, придумаю», — прилетели ответы друг за другом. Замечательно, пусть тоже займутся делом, вместо того чтобы слоняться из угла в угол в ожидании результатов от встречи.

Я выбрался на посадочную площадку и привалился плечом к столбу. Сверился с часами и убедился, что пришёл раньше, а не опоздал. Взгляд направлен в небо в ожидании технического транспортника интерната. Лишь бы меня никто не спалил и не прогнал. Но обычно эта площадка безлюдна. Педагогам здесь делать нечего, машины разгружают боты. Разве что водители кучкуются по утрам в ожидании путёвок.

Вскоре в небе появилась тёмная точка, из которой постепенно вырос прямоугольный силуэт нашего транспортника. Послышался свист винтов, рассекающих воздух, а через пару минут машина опустилась на площадку. Лопасти привычно сложились вдоль бортов, чтобы минимизировать габариты. Боковая дверь отошла в сторону, и на бетон спрыгнул Круглов.

Широкое лицо с глубокими морщинами в уголках губ и глаз. Это говорило о том, что он часто смеётся и улыбается. Санёк не ошибся в своих выводах, Валера — рубаха-парень. Добродушный увалень, которого заботит исключительно семья и то, чем он собирается кормить её завтра.

— Дядя Валер! — окликнул водителя я, намеренно избрав именно такое обращение.

Я тоже свой — простой пацан, который просит о помощи. Человек, который избрал целью в жизни заботу о детях, не сможет меня проигнорировать.

— Чего тебе? — обернулся он.

— Надо поговорить.

— Если хочешь, чтобы я тебя до города подбросил, то нет. Мне работа дорога, а в квартале от интерната — остановка на монорельс.

— Нет, — покачал головой я, — мне ваша помощь нужна.

Круглов нахмурил брови и насторожился. Похоже, к нему впервые подошли с подобной просьбой.

— Моя? — неподдельно удивился он, — Пацан, а ты не ошибся? Я обычный экспедитор, моё дело — привези-отвези. Может, тебе лучше к воспитателю обратиться? Кто твой наставник? Я ему сейчас позвоню.

— Пожалуйста, не нужно никому звонить, — попросил я. — Ну почти. Вы забирали нас из космопорта Палантины. Нас к вам полковник Исаев подвёл, помните?

— А-а-а, — улыбнулся Валера, — те самые разбойники, которые ШОКовца уложили. Ха… Это вы, конечно, лихо провернули, волчата. Так чего тебе?

— Мне нужно, чтобы вы связались с полковником! — выпалил прямо в лоб я.

— Чего⁈ — Глаза Валеры мгновенно увеличились в объёмах. — Э нет, парень, это ты не по адресу пришёл.

— Вы не понимаете, — продолжил давить я. — У нас в интернате шпион из корпорации «Рудкофф».

— Пацан, ты грибами, что ли, отравился? — нахмурил брови Круглов. — Или кино пересмотрел? Какой ещё, на хрен, шпион?

— Я не вру. Можете сами посмотреть.

Я сделал бросающий жест, и перед Валерой раскрылось окно с видеофайлом, которое уже было выставлено на нужное место. Несомненно, Круглов узнал нового инженера, отчего его слова на видео прозвучали особенно мощно. Он хоть и не открытым текстом, но всё же признался в своей причастности к корпорации конкуренту. Зато прямо заявил, что конкретно хочет от меня.

Валера побледнел. По его глазам я отчётливо понял, что он не хочет ввязываться во всё это дерьмо. Это игра не его уровня. Одно дело — привести в интернат детей и передать просьбу офицера. И совсем другое — влезать в шпионские игры, рисковать головой, спокойной и понятной жизнью.

— Это не моё дело. — Круглов практически озвучил мои мысли. — Обратись напрямую к директору по безопасности. Это его работа.

— Я понимаю, — кивнул я, — вам страшно. И мне тоже страшно. Он обещал разрушить мою жизнь, если я об этом кому-нибудь расскажу. Вы же знаете, на что способны корпорации, сколько у них власти. Помогите, дядь Валер. Всего-то и нужно — передать этот файл Исаеву. Я слышал ваш разговор в космопорте. Мы зачем-то нужны полковнику. Просто передайте ему это — и всё. Ну или дайте мне его контакт, я сам…

— Чего — сам? — усмехнулся он. — Ты же пацан ещё. Ты хоть понимаешь, кто этот Исаев⁈ Таких людей по