техником и его дроидом стали срезать крепления и складировать коконы у выхода. Всё равно, где наши, мы не знали, а бросать остальных совесть не позволяла. Кстати, три кокона были небольшими, есть такое подозрение, что там дети. У дроида был баллон с суперпрочным клеем, как для работ в открытом космосе, так и в помещениях с атмосферой, вот с помощью этого клея мы и связывали коконы по три штуки. Больше нельзя, через коридоры корабля не пройдут. Верёвок у нас нет, но техник быстро нашёл выход. Тот же клей, если растягивать во время высыхания, мог превращаться в достаточно прочную и гибкую верёвку. На манер бусинок, эти коконы по три связали в длинный караван. Так можно будет их одновременно тащить. По открытому космосу ладно, там легче будет, а вот по кораблю это создаст определённые проблемы. Тот же дроид выступит буксиром и утащит всё, ну, а мы по бокам подстраховывать будем. Другого выхода нет. Когда всё было готово, мы с дроидом остались охранять коконы, а остальные двинули осматривать помещения дальше. В соседнем они нашли отстойник, полный скелетов, судя по черепам, больше двух сотен человек съели, кости они не трогали, те розовыми стали. Это их желудочный сок – съели, переварили до костей, и выхаркнули, что осталось. Странно только, что от костей не избавлялись, может, они им для чего-то служат в будущем? Не знаю, что и предположить. Я, конечно, изучал все сведенья о пауках, именно оттуда узнал о тех же коконах, об экипажах кораблей, но такой информации там не было, только предположения. Никто не знал, для чего им кости после приёма пищи.

Парни закончили с осмотром остальных помещений минут за десять, торопились как могли, быстро работали. Нашли командную рубку и уничтожили командиров, их там шестеро было, даже не прятались. После этого дроид ухватился за буксирный трос, созданный из клея, и мы двинули к выходу – к рукотворному пролому, сделанному нами. С трудом, пару раз застряв на перекрёстках коридоров, мы выбрались наружу. Вторая половина корабля дрейфовала метрах в трёхстах от нас. Оттолкнувшись, мы стали её нагонять. Нагнали, и тут всё осмотрели. Пауки были, девять живых нашли, среди них ни одного солдата, уничтожили, однако и коконы были найдены, пять штук. Не зря осматривали. Прихватили их, включив в связку, стали готовиться к дальнейшему передвижению.

– Чисто, – сообщил боец, что осматривал пространство вокруг корабля и у базы, обшивку он тоже осмотрел. Свет звезды вполне позволял видеть большую часть предметов вокруг, я теперь тоже слепым не был.

– Двигаемся у резервной шлюзовой, только не той, через которую территорию базы покидали, её мы спалили, там может засада быть или мина, пауки тоже на это дело быстры. Двигаемся к другой, что ближе к нашим ангарам.

– А почему мы к дальней убегали, если эта ближняя была? – поинтересовался техник.

– Для того и к другой уходили, чтобы в будущем этой воспользоваться. Ладно, без разговоров, двигаем к шлюзовой.

Оттолкнувшись от кормового обломка корабля арахнидов – вот теперь он точно мёртв, – мы полетели к обшивке базы. Сначала до неё доберёмся, а там уже по обшивке и до шлюзовой дойдём. Причём оттолкнулись мы таким образом, чтобы продуманно перехватить коконы. Они, конечно, мягкие и эластичные, но таранить ими базу не хотелось. Так что дроид слабо оттолкнулся, дрейфовал следом за нами, сильно отстав, ну а мы ушли вперёд. В этот раз меня перехватили при посадке, бойцы раньше добрались и просто поймали меня на руки. А дальше мы ловили коконы. Дроид, отцепившись, приземлился в стороне и тут же, шустро передвигаясь, направился к нам, ну а бойцы, бегая по обшивке, ловили коконы, притормаживая их. Длинной колбаской те повисли у обшивки, дроид снова впрягся, и мы двинули к шлюзовой. Всё это проделать было трудно, требовались большое внимание и сосредоточенность.

Солдат пока не было видно, скорее всего, потеряв нас, они ушли вглубь базы и ищут там. Связи с командой их корабля, скорее всего, не было, вот те панику и не поднимали, работая по поставленной задаче. Это только предположения, всё же разум у арахнидов работает немного по-другому, но не думаю, что ошибусь. Я даже предположу, что будет дальше. Когда те, не обнаружив нас, вернутся к кораблю и увидят лишь обломки от него, они уйдут на базу, оборудуют себе помещение и залягут в спячку. В таких спячках они могут находиться не один десяток лет, а пробудиться могут от любого шороха или движения, если на базе появятся чужие. Если люди – это пища, свои – вывезут.

Шлюзовая была не большой, так что пришлось разрезать все буксирные нити, что связывали коконы между собой, и по одной связке, а в связке, как я уже говорил, по три кокона, заводить в шлюзовую. Дальше мы работали таким манером. Техник со своим дроидом и мной перешёл на борт станции, там дроид снова связывал коконы в бусы, второй боец снаружи посматривает вокруг и подаёт коконы, а у меня работа самая простая, но физически затратная: я лично проводил ручное шлюзование, внутри базы их принимал техник, и я возвращался за следующей партией. Так и работали. Семнадцать раз пришлось всё проделать. Возможно, кто-то удивится, как так семнадцать связок, если коконов пятьдесят два – значит, семнадцать коконов и один сверху лишний. Так и есть, однако стоит вспомнить о трёх небольших, предположительно детских, коконах. Все три мы связали с одним взрослым, те несильно выходили за размеры остальных, вот и получается ровно семнадцать.

Наконец-то мы на борту базы, коконы снова в связке, и мы, утроив внимание, двинули к ангарам. Надеюсь, солдат поблизости нет, и те нас не видят, всё же их сканеры имеют дальность действия. Причём все прожекторы были отключены, свет – демаскирующий факторов, что выдал нас. Я двигался наощупь, ухватившись за дроида, вся оборона и охрана на бойцах, на них вся надежда. Рядом с шлюзовой, через которую мы попали на территорию базы, находилось помещение, оно принадлежало службе спасения и эвакуации базы. В таких помещениях находились средства спасения, как правило, это обычные недорогие скафы. Кто не успевал к спасительным капсулам, мог покинуть территорию базы, воспользовавшись этими скафами. Там же имелись наплечные двигатели для них, чтобы отойти подальше от базы. А вдруг та рванёт, очень даже не редкое дело при обстреле, особенно если один или два реактора повреждены и идут вразнос. Двигатели мы брать не стали, лишний