— ухмыльнулась она, и бросила на меня хитрый взгляд, — И как же я буду с вами расплачиваться за них, Кушито-сэнсэй?

— За это можете не переживать, — изобразил я напыщенный вид, — Мы обязательно что-нибудь придумаем и подберём подходящий нам обоим вариант. Обязательно!

— Что ж. Тогда буду ждать с нетерпением наших индивидуальных занятий, Кушито-сэнсэй, — загадочно блеснув глазами, чуть ли не промурлыкала она, и положила свою руку на мою.

— Так что от тебя хотел этот Шуичи? — поспешил сменить тему я, поняв, что наш флирт зашёл уже очень далеко, и что мне как-то внезапно стало жарковато тут.

— Какой ещё Шуичи? — нахмурилась она, сбитая с толку моим переключением на новую тему.

— Ну, как же. Новенький наш. Ты, кстати, знала, что он — сын префекта?

— Нет, но мне плевать на это, — пожала она изящно плечиками, — Это пусть массовка вокруг него круги наматывает, а мне абсолютно всё равно, чей он там сын. А что он там хотел, я даже уже не помню. Говорю же, ко мне сегодня столько человек обращались, что я уже перестал обращать на них внимание. Даже не знаю, в какой момент он подходил. А ты что, ревнуешь? — хитро прищурившись, спросила вдруг она.

— Да вот ещё. Я просто не в очень хороших с ним отношениях, вот и удивился, что он к тебе подошёл. Он же явно вчера понял, что мы с тобой дружим, вот и стало интересно, чего он от тебя хотел, — выкрутился я.

— В не очень хороших отношениях? Когда ты успел-то их с ним испортить? — спросила Мидори, но меня избавил от допроса вернувшийся режиссёр, скомандовавший нам выдвигаться к автобусу.

* * *

Я выжал газ на полную, старенький Сузуки тоскливо рыкнул подо мной, как будто жалуясь на свою тяжёлую жизнь, и моля поскорее подарить ему лёгкую смерть, выжал из себя скорость в восемьдесят километров в час, и мы подъехали к крыльцу школы, где я должен был заложить крутой вираж, красуясь перед толпящимися девушками, но тут мотор чихнул, и мотоцикл заглох, и снова заводиться отказался. Видимо, та смерть, о которой он мечтал, всё же наступила.

— Стоп! — рявкнул режиссёр в микрофон, — Сайто! Какого демона? Ты не доехал метров десять! И где вираж? Давай ещё раз!

— Извините, Миядзаги-сан, но это ведро, похоже, больше не поедет, — крикнул я, сняв шлем, и слезая с мотоцикла, — Удивительно, как он эти три дубля продержался-то.

— Сломал? Всё-таки, зря я тебя послушался, и не поручил это дублёру! — аж побагровел от ярости режиссёр.

— Дублёр бы тут ничем не помог, — спокойно возразил я, — Просто это очень старый мотоцикл, который выжил до этого дня каким-то чудом, и, наконец, принял заслуженную смерть в работе, как настоящий профессионал. Я сразу вам говорил, что тут нужен другой мотоцикл. Этот слишком старый для моего крутого персонажа, и никаких чувств, кроме жалости, у зрителей вызвать не сможет.

— У нас нет в бюджете больше свободных сумм, чтобы мы могли купить новый мотоцикл. Меня заверили, что и этот будет хорошо работать, — возразил Миядзаги-сан, и тут же громко рявкнул, — Амаги-сан, где ты там? Иди, посмотри, что с техникой!

Откуда-то со стороны тут же выкатился наш главный механик, пожилой уже дядька, с довольно большим животом, который деловито подошёл к мотоциклу, и начал выполнять реанимирующие процедуры. Безуспешно.

Минут десять он помучил технику, пока мы все терпеливо ждали, и подошёл к режиссёру, разводя руками.

— Извините, Миядзаги-сан, ничего не могу сейчас с ним сделать. Похоже, что-то с двигателем. Сложно что-то конкретное сказать. Надо делать диагностику.

— Ну, так делай! — рявкнул на него режиссёр, — И поживее!

— Я, конечно, сделаю, но быстро это не будет. Его надо в мастерскую везти. До завтра у вас мотоцикла точно не будет, а может, и дольше, в зависимости от того, что с ним случилось, — невозмутимо пожал она плечами.

На пять минут на площадке установилась полная тишина, прерываемая лишь Миядзаги-саном, изливавшим душу, то и дело поминавшего Ками, ёкаев, и всю известную ему нечисть, но вскоре он выдохся и замолчал.

— Так. Делать нечего. Забирай эту рухлядь, — махнул рукой он механику на мотоцикл, — Попробую выбить деньги на новый. Но ты! — ткнул он тут в мою сторону пальцем, — На него даже не сядешь! В этот раз точно этим дублёр займётся!

— Да как скажете, — равнодушно пожал я плечами, — Я, правда, хотел вам кое-что другое предложить, что позволит вам избежать необходимости выбивать деньги на новый мотоцикл, но, как хотите. К тому же, с таким вашим отношением не очень-то и хочется мне вам помогать.

Режиссёр замер, уставившись на меня, и по его лицу было видно, какая буря эмоций бушевала сейчас в нём. Ему очень не хотелось идти выбивать деньги на новый байк, но и просить о чём-то меня тоже претило. Но всё же, разум и желание сэкономить возобладали в нём.

— Ладно, признаю, что погорячился. Извини, Кушито-кун, — выдохнул он, — Что ты хотел предложить? Я тебя внимательно слушаю.

— У меня есть мотоцикл. Хороший, мощный. Я готов предоставить его для съёмок, но при условии, что ездить на нём буду я сам. Никаких дублёров! — жёстко заявил я.

Честно говоря, я и сам не очень понял своего желания сниматься без дублёра, но, когда узнал, что во всех сценах на байке за меня должен был сниматься дублёр, меня буквально перемкнуло. Зря, что ли, я столько времени потратил, учась ездить на мотоцикле? Да и что скажет дед, когда узнает, что мне не доверили управлять мотоциклом в фильме? Явно будет разочарован. Нет уж. Сам снимусь!

— Ладно, — нехотя согласился режиссёр, — Если ты готов предоставить свой мотоцикл для съёмок, то я не буду больше настаивать на дублёре. Так будет справедливо. Ты сможешь завтра привезти его сюда?

— Разумеется, — кивнул я.

— Вот и отлично, — проворчал он, — А сейчас тогда пока снимем следующую сцену, где ты проходишь мимо девушек, которые обсуждают после этого тебя, затем сцену твоего знакомства с персонажем Мидори, и на этом мы закончим на сегодня.

— Отлично! — мысленно возрадовался я, бросив взгляд на часы, которые показывали два часа дня, — Ещё есть