кроватью. Забавно, что в отличие от остальных мужчин, этого не смутило моё предложение. Естественно, рыжий не смог отпустить меня в одиночестве. Впрочем, на этот раз и Тальм последовал за нами.

— Тесновато для этой маленькой комнаты, не находите? — спросила я у мужей, вздёрнув бровь.

— Сядешь мне на ручки и станет просторнее, — не поддался на мой намёк демон. И на руки меня всё равно посадил. Ещё плотнее обнимая, чем в прошлый раз.

Ривас и Тальм наблюдали за этим с какой-то трогательной улыбкой.

— О чём ты хотела поговорить, Мира? — вернул внимание к себе Рив, присев на край кровати. Я сидела напротив него на руках у рыжего, а Тальм остался стоять, облокотившись на стену.

— Расскажи мне, как складывается твоя жизнь. Только не ври, — попросила я. Многое о его жизни мне было известно от Мара, поэтому ложь я надеялась легко понять.

— Скажу тебе честно, до твоего появления в моей жизни, жил я значительно сытнее, — хмыкнул Рив, а я покачала головой с легкой улыбкой на губах. Неисправим. — Но должен признаться, я благодарен тебе. Этого толчка мне хватало. Я привык подстраиваться и приспосабливаться, совершенно забывая о других и о собственной совести. После того, как стал отверженным, я многое переосмыслил и на многое посмотрел по-другому. Знаешь, раньше я чувствовал себя королём положения, а сейчас я вижу этих неров со стороны и… Почему-то мне смешно и противно одновременно. Я начал совсем по другому смотреть на ту жизнь, которую ты предложила моей Тори. Дел, не дурак, сразу понял, не испугался, а я так боялся потерять своё влияние на жену, что совершенно заигрался.

— Тори больше не твоя, — напомнила я мужчине, внимательно наблюдая за его реакцией. И меня удивило сожаление, проскользнувшее в его глазах.

— Это верно, — с горечью хмыкнул он, наблюдая, как рыжий нежно меня обнимает. — Я понял, что любил её не меньше трудяги Дела, жаль, что осознал я это слишком поздно.

— Любил её оскорблять за спиной? — поджала я губы, вспоминая то, что он говорил о моей подруге.

— Мира, я говорил всякую ерунду, потому что не знал, как ещё подчеркнуть собственную значимость. Зато теперь этой значимости у меня хоть отбавляй, а моей ласковой жены нет, — отвернулся Рив, сжимая кулаки.

— Ты знаешь, что Делан стал старшим мужем? — сменила тему я.

— Не ожидал от мальца такой прыти, — вздёрнул бровь нер.

— Я тоже, — кивнула я, — но он справляется.

— Ты намекаешь, что стоило быть тихим и мирным? — скривился Рив.

— Намекаю, что тебе придётся сильно постараться, чтобы Тори тебя простила, а Дел не отправил обратно, — сказала я, снимая метку с зависшего на этих мыслях мужчины. Он посмотрел на свою руку, провел по чистой коже пальцем.

— Разве Тори посещает отборы? — неверяще продолжал глазеть на собственную руку нер.

— Она родила потрясающих карапузов. Так что отбор не за горами, — вздохнула я, вспоминая, какими судьбами сама попала на этот кошмар для моих “беременных” ног. Ривас перевёл на меня взгляд, осмысливая сказанное.

— И правда. Спасибо, Мира, — поблагодарил он и вышел из комнаты, не прощаясь.

Глава 32

— Мира! — обрадовался Тан, когда мы вошли в дом. — Рад, что успел тебя увидеть до отъезда.

Муж нежно обнял меня, привлекая к себе.

— Что-то случилось? — заволновалась я. Последнее время Тан редко уходил к патрульным, только если что-то происходило.

— Нет, малышка, тебе не о чем переживать. Новые патрульные прибыли, пока им все покажу, объясню. Ты же знаешь, что я люблю лично знакомиться с каждым служащим. Думаю, несколько дней меня не будет. Не скучай, любимая, — поцеловал меня Тан и только теперь обратил внимание на Тальма. — В нашей семье тоже пополнение? Меня зовут Перстан, я старший муж этого дома. — Представился Тан, изучая брюнета.

— Светлого дня, Перстан. Моё имя Тальм, — склонил голову в приветствии мой новый муж. Мне показалось, что подобный жест он привнес из своего мира. На Земле у некоторых народов такое тоже встречалось.

— Добро пожаловать в семью, Тальм. Я вернусь через несколько дней и мы обязательно познакомимся получше, а пока вынужден попрощаться, — сказал Перстан и, вновь поцеловав меня, ушел.

Вслед за ним Тальма поприветствовали все мужья, впоследствии разбредаясь по своим делам. Даже ревнивый Эвр ушел заканчивать что-то невероятно важное и срочное. Но пообещал вернуться так быстро, как сможет.

— Я пошел готовить ужин, жду вас через два часа в столовой, — подмигнул мне Нестор и удалился, как и все остальные.

Для меня подобная слаженность была странной. Почему любопытные и ревнивые мужчины так легко оставили нас наедине, учитывая, как они привыкли поступать обычно… Но углубляться в размышления я не стала, решив брать то, что дают. Я провела Тальму экскурсию по дому и мы вместе выбрали ему подходящую комнату. А потом отвела его в нашу спальню, где он не сдержал улыбки, увидев размер кровати.

— Вот чего не ожидал, того не ожидал, — рассмеялся муж, разглядывая помещение. — Внушительно. Но это хорошо, что ты не отвергаешь своих мужей. Я счастлив стать частью такой семьи.

Голубоглазый подошел ко мне, аккуратно проводя пальцами по моему лицу.

— Прости, — шепнул он.

— За что? — не поняла я, разглядывая как меняется его радужка с голубого на темно- синюю.

— За то, что принуждаю тебя к близости со мной. В моём мире это никогда не происходит так быстро, — сказал он, склонясь к моим губам в легком, практически невесомом поцелуе. — Я был бы рад дать тебе возможность узнать меня лучше, прежде чем дарить мне тепло своего тела

— Пока мы не можем повлиять на это, — пожала я плечами. Грустить о том, на что не в нашей власти, не хотелось.

— Ты позволишь сделать всё так, как делают в моём мире? — спросил мужчина. А я кивнула.

А дальше было волшебство. Тальм начал медленно раздевать меня, ласково выцеловывая каждый сантиметр обнажённого тела. Как только на мне не осталось ничего, он опустился на колени, положил мои ладошки на свою голову и взяв в руку одну мою ступню, начал целовать каждый пальчик, потом тоже самое проделал со второй ногой. Когда обе мои ноги коснулись пола, а опора больше была мне не нужна, он начал сам освобождаться от одежды, не прекращая поцелуев, поднимающихся вверх по моему телу.

— Ты — лучший из подарков судьбы, — шептал он, накрывая