и уничтожения блокпост на перекрестке спасло только то, что противник не знал, что «блок» на пересечение дорог чужой. Передовые машины подпустили поближе и ударили по ним из гранатометов РПГ-7, потом сыпанули из двух ПКМов и одного ДШКМа. Вражеская колонна шедшая от Китона состояла из батальона численностью более чем в пятьсот рыл. На грузовиках, идущих в голове колонны перемещалась рота «леопардов» и офицеры батальона, простые заирские солдатики шли позади пехом, растянувшись более чем на километр.

Завязался бой.

Блокпост защищала два отделения «стрелков» общим числом в восемнадцать человек, помимо пулеметов и гранатомётов у них на вооружении были 50 мм ротные минометы в количестве четырех штук. Еще час назад этот блок прикрывала два 82 мм миномета, но их перекинули к Моанда, потому что требовались все резервы, которые были в наличии.

К началу боя защитники перекрестка успели выкопать себе окопы и стрелковые ячейки, это и помогло им продержаться так долго против превосходящих в тридцать раз сил противника.

Когда подошла подмога, то враг уже разгромил блокпост, но эта победа слишком дорого далась заирцам, чьи офицеры бездумно гнали подчиненный в атаку на пулеметы и автоматы «Вольных стрелков». Последний защитник блокпоста — двадцатилетний рядовой Мазул Кнехиташ подорвал себя гранатой, но в плен не сдался. Атакующие потеряли в общей сложности убитыми и тяжелоранеными двести солдат, то есть треть батальона!

Когда на перепаханный от взрывов перекресток выскочила «тридцатьчетвёрка» с десантом на броне, то заирские солдаты, не сговариваясь побросали оружие на землю и сдались в плен, заирского офицера, который размахивал пистолетом и угрожал всех расстрелять за сдачу в плен, стрельнул в спину кто-то из своих.

В 18.30 в небе над Моанда появились два «Миража». Самолеты пролетели над городом объятым огнем и дымом, не замечая криков по рации от заирцев, которые требовали нанести удар по северным окраинам Моанда, чтобы вбить нас оттуда.

«Миражи» пролетели над Лема, в которой на тот момент располагалась вторая линия нашей обороны и в сторону Моанда двигались колонны с резервом. Вражеские боевые самолеты пронеслись над дорогой которая вела на Кабинду совершенно не замечая подразделения «Вольных стрелков», двигавшихся на юг.

В Кабинде к тому времени уже вовсю ревели сигналы воздушной тревоги, а перепуганные жители прятались по подвалам и наспех вырытым ямам. Оба «Миража» пронеслись над Кабиндой и подлетая к Ландану высадили свой БК, что был подвешен у них под крыльями.

Ракеты накрыли взлетную полосу аэродрома Ландана где располагался палаточный городок в который всю ночь эвакуировали жителей Кабинды. То есть заирские летчики целенаправленно пролетели над несколькими, хорошо заметными с высоты военными целями и нанесли удар по скоплению мирных беженцев, на тентах чьих палаток были намалеваны огромные красные кресты.

От большого числа жертв спасло только то, что как только раздался сигнал воздушной тревоги обитатели палаток сыпанули в близлежащие джунгли. Когда ракеты взрывались, разметая в разные стороны брезент палаток и их содержимое, то число находящихся на взлетном поле людей исчислялось не тысячами, а десятками человек. От этого удара погибло девять человек, двадцать один были ранены.

Стало понятно, что Киншаса и дальше будет наносить удары по гражданским объектам не используя авиацию против армии Кабинды. Это было странно, чудовищно и непонятно!

— Передайте приказ группе «Бабочка», они должны выдвинуться в район базирования заирских боевых самолетов и используя имеющиеся у них в наличие средства поражения, уничтожить или нанести существенный урон заирским «миражам» или их пилотам, — приказал я. — Идеально — это обстрелять самолеты во время заправки, тогда пожар авиационного керосина уничтожит машины.

В момент удара по аэродрому Ландана я находился в Ставке, известие, что вражеские самолеты целенаправленно отработали по палаточному лагерю, ввергло в шок всех присутствующих. Надежда на то, что наши активные наступательные действия в районе Моанда отвлекут на себя внимание заирских военачальников пошли прахом.

Надо было все-таки как-то уничтожить заирские «Миражи». Но как это сделать, когда у нас нет средств ПВО способных сбить вражеские самолёты в небе? Значит их надо уничтожить на земле.

Вот уже месяц, как в Заире работают несколько наших разведывательных групп. Одну такую группу, под кодовым названием «Бабочка» возглавляет Бьянка Унати старший лейтенант кубинской разведки. Моя возлюбленная Бьянка, которая согласилась стать моей женой сразу же после окончания войны с Заиром.

— Может группу «Бонго» нацелить на «Миражи»? — предложил Паспарту, когда переварил услышанное.

— Нет, — сухо ответил я. — В «Бонго» нет снайперов должной квалификации, а в «Бабочке» есть специалист с американской винтовкой пятидесятого калибра способный поразить цель на дистанции в полтора километра.

— Этот специалист — Бьянка, — заметил Паспарту.

— Млять! А то я не знаю! — бешенным носорогом взревел я и с силой вмазал кулаком по столу, совершенно не заметив, что там стоит стеклянная пепельница. — Я отдал приказ! Выполнять!!!

— Но там Бьянка, — настаивал на своем Паспарту. — Она может погибнуть в ходе выполнения столь опасного задания.

— А тут каждый день гибнут мирные люди, в том числе и дети от этих чертовых «Миражей».

— Командант у вас кровь, — осторожно заметил Векеса. — Надо бы перевязать.

Я удивленно посмотрел на свою правую руку, пальцы и ладонь были в крови, осколки разбитой ударом кулака пепельницы сильно разодрали кожу.

— Сам справлюсь, — рявкнул я, выходя из подвала. — Выполнять приказ!!! — еще раз прорычал я на прощание.

Как поднялся наверх не помню, горло перехватило спазмом, слезы и какой-то дикий, звериный рык рвали мою душу. Выскочил из подвала и отошел в сторонку, подальше от посторонних глаз, не хватало еще чтобы кто-то из подчиненных видел меня в таком состоянии. Командир должен быть всегда уверен в себе, спокоен и бодр, иначе его подчиненные начинают межеваться и нервничать, а так недалеко и до паники.

— Что случилось Белый Воин? — раздался тихий голос из кустов.

— Ёпта, — испуганно отшатнулся я, — шаман, зараза, напугал, а ты за каким чертом тут делаешь?

Из кустов выбрался шаман племени баконгов над которыми я взял шефство пару лет назад, именно из мужчин этого племени была сформированная первая рота «Вольных стрелков» в свое время.

— Духи подсказали мне, что я тебе нужен, — уклончиво ответил шаман, — поэтому я и здесь.

— А как ты прошел через охрану здания? — нахмурился я. — Вообще-то это секретный, охраняемый объект и посторонних здесь не должно быть.

Я сидел на скамейке во внутреннем дворике особняка, в подвале которого расположилась Ставка. Посторонних, особенно таких, как шаман баконгов здесь в принципе не должно было быть.

— П-ффф, — презрительно скривился шаман, — городские, что с вас взять? Тоже мне охрана. У тебя рука в