не собираюсь даже с таким человеком, как вы. Я прошу всего лишь небольшую премию в виде единичной близости.

— Ещё раз: я женат и люблю свою жену…

— Дмитрий Александрович, любите вы кого хотите, — она улыбнулась. — Какое отношение какая-то там любовь имеет к тому, что я у вас прошу?

— Ксения Анатольевна, вы немедленно…

Договорить я не успел, потому что в этот самый момент дверь распахнулась.

— Дмитрий Александрович, что сегодня происходит в нашем ведомстве? — с порога начал говорить Довлатов, и я даже позволил себе выдохнуть с облегчением. Ну наконец-то меня хоть кто-то спасёт из этой щекотливой и неоднозначной ситуации. — Что тут у вас происходит?

— Ксения Анатольевна сошла с ума, разве ты не видишь? — процедил я сквозь зубы, одновременно широко улыбаясь Фроловой. Где-то я слышал, что с сумасшедшими всегда нужно соглашаться и улыбаться, вот и решил применить эти знания на практике. — Денис, помоги мне, сними её отсюда.

— Ну-у-у, — протянул Довлатов и сделал шаг назад. — Я не могу этого сделать по нескольким причинам: во-первых, я женат и люблю свою жену…

— Я не прошу тебя жениться на госпоже Фроловой, а просто убрать её отсюда! — рявкнул я, и только сейчас Ксения недоумённо повернула голову, чтобы посмотреть, кто же такой храбрый ей мешает получить заслуженную, на её взгляд, премию. При этом она смерила Довлатова таким взглядом, что тот снова попятился.

— Из этого следует, во-вторых, Дмитрий Александрович, — зачастил этот гад, а я внезапно понял, почему семейство Довлатовых всегда держалось в стороне и ни на шаг не приближалось к трону. — Я не могу стаскивать Ксению Анатольевну со стола, потому что это может быть принято за сексуальное домогательство. И я не смогу оправдаться ни перед одним судом, а самое главное, я не смогу оправдаться перед своей женой.

— Трус, — прошипел я, вжимаясь в стену ещё сильнее.

— Да, я трус, и горжусь этим, — Довлатов подумал немного и добавил: — Если разобраться, то трусость вовсе не порок, а базовая составляющая инстинктов самосохранения.

— У людей нет инстинктов, — Фролова ненадолго ослабила свой натиск, прислушиваясь к нашему разговору.

— Это не столь уж и важно, не так ли? Но, что бы здесь ни творилось, я сумел раскрыть сегодня два висяка, потому что подозреваемые выложили мне всё до мельчайших подробностей. А ведь я приглашал их всего лишь как второстепенных свидетелей, — этот гад уже допятился до двери. — Вам не проще попробовать то, что так настойчиво пытается вам скормить Ксения Анатольевна?

— Нет, не проще, потому что, боюсь, она на этом не остановится, — протянул я, а Фролова так улыбнулась, что сразу стало понятно — я был прав в своём предположении. Довлатов же протянул руку, чтобы открыть дверь, но она в этот момент сама распахнулась, и в кабинет вошла выглядевшая немного дезориентированной Лена.

— Дима, Эдуарда нет на месте, и я не знала, занят ли ты или нет, но звонил Рома и просил тебе передать… — и тут её взгляд остановился на Фроловой, всё ещё сидевшей на столе. — Я вижу, ты всё-таки занят. Очень-очень занят, — её глаза сверкнули. — Интересно. Ты всегда так занимательно проводишь время, когда задерживаешься? И, кстати, кто это? Новая секретарша? Решил не разбивать стереотипы?

— Дорогая, это совсем не то, о чём ты подумала, — я попытался отодвинуть Ксению, чтобы выбраться наконец из этой ловушки, но сделать это оказалось не так уж и просто, потому что наш судмедэксперт начал отчаянно сопротивляться. При этом она умудрилась повернуть голову в сторону моей жены и проворковать.

— О нет, дорогая, это как раз то, о чём ты подумала, — она соскочила со стола и подошла к Лене. — Никогда не могла понять, чем такая серая мышка могла привлечь его.

— Она лошадей объезжает, — встрял Довлатов, и тут же отступил под моим яростным взглядом.

— А, так значит, мышка полна сюрпризов? — Фролова прошлась по хрупкой фигурке моей жены пренебрежительным взглядом.

Лена не ответила, а без замаха влепила ей оплеуху. Рука у неё тяжёлая, я по себе знаю, поэтому неудивительно, что Ксению слегка развернуло, и она покачнулась на своих огромных шпильках.

— Полагаю, ты всё-таки не в его вкусе, иначе Дима женился бы на этой корове — Рубел, — ядовито прошипела Лена, но тут уж Фролова не сдержалась и схватила её за волосы, дёрнув на себя.

— Я тебе сейчас покажу корову, стерва крашеная!

Лена не стала стоять и ждать, когда её оставят без скальпа, а выкинула вперёд руку, вцепившись Фроловой в горло.

— Денис, мать твою! Да будь же ты человеком, помоги мне их разнять! — я бросился к совершенно сошедшим с ума женщинам, но Довлатов очень ловко обхватил меня за талию, не давая к ним приблизиться.

— Ни за что, и вам не позволю. Никогда не следует вмешиваться в женскую драку. Я не хочу потерять начальника в такой странный день. К тому же я трус, вы не забыли? — он, пыхтя, оттаскивал меня в сторону. — И горжусь этим.

Фролова тем временем схватила Лену за ворот блузки и дёрнула на себя. Раздался треск, приглушённая ругань, и вот уже Лена ухватила Ксению за волосы, заставляя наклонить голову.

— Денис, отпусти меня, это приказ! — заорал я, рванувшись.

— Ни за что, это небезопасно, — ответил он, продолжая удерживать. Давалось ему это с трудом, всё-таки подготовлен я был на порядок выше, чем Довлатов. И только то, что я не применял силу, позволяло ему пока со мной справляться.

Лена тем временем заломила руку Фроловой, взяв её на болевой, но наш судмедэксперт успела перехватить свободной рукой тяжёлую подставку со стола и занесла её над Лениной головой. Я рванулся так отчаянно, что Довлатов не сумел меня удержать, и мы рухнули на пол. А дверь в этот момент снова распахнулась, и на пороге возник Эдуард. Окинув пристальным взглядом представшую перед ним картину, он прислонился к косяку, скрестив руки на груди и невозмутимо произнёс:

— Кажется, я не вовремя. Но вы продолжайте, не стесняйтесь. Только, хочу отметить несколько моментов: если вы, Ксения Анатольевна, сейчас ударите этой тяжёлой, даже на глаз, штукой жену начальника СБ, то я вынужден буду составить рапорт и привлечь вас к дисциплинарному